Война

Великая мексиканская резня бензопилой

Годы непрекращающейся войны. Десятки тысяч сражающихся. Сотни тысяч погибших и раненых. Миллионы беженцев. Колонны джипов с пулемётами пылят по выжженной солнцем земле. Реки крови, зверства, массовые могилы, хаос и страх. Нет, это не Сирия, не Ливия и не Йемен. Это современная Мексика.
Алексей Костенков
  • 17K
  • 29
  • 1
  • 335

Мексиканцы никогда не отличались законопослушностью. Их национальный герой — смесь американского ковбоя и кавказского джигита. Суровый смуглый мачо в сомбреро и с роскошными усами пускает во врагов ураган свинца и исчезает в закате. А при случае идёт в смертный бой за счастье народное против угнетателей всех мастей, попутно грабя правительственные караваны и ощетинившиеся стволами гасиенды почтенных сеньоров.

Ещё до появления испанских конкистадоров мексиканская земля была густо пропитана кровью. То сильнее, то слабее, она не прекращала здесь литься ни дня. В декабре 2006 года в Мексике начался новый виток насилия и хаоса, конца которому не видно даже сквозь самые розовые очки.

Благими намерениями

Наркокартели возникли в Мексике десятилетия назад. Их предки начинали с поставок алкоголя измученному сухим законом северному соседу в 20-е годы.

Нуарные времена лунного сияния в бутылках, джаза, «Томми-ганов», шляп и пальто в США сменились ритмами диско, причёсками «афро», потёртыми джинсами, скоростными катерами и пачками белого колумбийского порошка с меткой «999».

В 70-е и 80-е мексиканцы скромно пребывали в тени могущественных и процветающих колумбийских картелей, занимаясь транзитом за не самый большой процент. Но однажды из-за холмов с жизнерадостным рёвом вылетел наркоконтроль США и покарал Эскобара с прочими колумбийцами во имя добра и справедливости. А также ради симпатий американских избирателей, обеспокоенных подозрительным поведением и неисчезающим белым налётом под носами большинства звёзд шоу‑бизнеса.

«Да это просто праздник какой-то!» — воскликнули мексиканцы. И взяли дело в свои руки.

К середине 2000-х мексиканские наркомафии стали господствовать в преступном мире к югу от реки Рио-Гранде. Сферы влияния они более или менее поделили, с властями и силовиками имели прочные взаимовыгодные отношения, мирное население практически не трогали и даже иногда гоняли мелкую шпану, чтобы не мешала серьёзным сеньорам и донам делать серьёзные дела.

Поток веществ на север устойчиво и уверенно рос не по дням, а по часам. Население печалилось от запредельной коррупции и сращивания властей с бандитами. Но мексиканцам к этому было не привыкать. Традиционные, так сказать, ценности. Многовековые.

Американские производители алкоголя стали бить тревогу: целевая аудитория скуривается и унюхивается! Вашингтон решил всё же заставить мексиканские власти и полицию оторваться от увлекательного процесса подсчёта наркобаронских долларов и сделать что-нибудь с этим безобразием.

А то ведь так можно и кровавым недемократическим режимом оказаться. Со всеми вытекающими.

Мексиканцы раздражённо отвечали чёртовым гринго: «ну ОК». И периодически устраивали для проформы ленивые пострелушки с каким-нибудь картелем.

Тем временем в Мексике на президентских выборах победил амбициозный Фелипе Кальдерон. Он жаждал громкой и быстрой славы, а также народной любви. Способов было два: бороться с бедностью и бороться с наркокартелями.

Фелипе Кальдерон

Кальдерону показалось, что второе гораздо проще. Посылаешь войска, они стреляют и всех сажают в тюрьму. Массы ликуют, американцы радуются и шлют тонны инвестиций.

И вот 11 декабря 2006 года сеньор Фелипе направил федеральные войска в штат Мичоакан для разгрома наркокартелей. Намерения он имел самые благие, но вот эффект получился как от попадания кирпичом в гнездо шершней.

Ящик Пандоры

Спецоперации, аресты и убийства лидеров картелей дестабилизировали гигантскую преступную систему, намертво вросшую в тело мексиканского общества. Годами выстраивавшаяся система баланса интересов рухнула. Авторитетные доны потеряли контроль, а на их место пришли отчаянные и отмороженные лидеры, стремившиеся властвовать и завоёвывать, пока у соседей бардак.

Главных бед было две.

Первая: наркокартели к тому времени насчитывали десятки тысяч активных членов. И сотни тысяч — если не миллионы — имели от них профит: от нищих в трущобах до представителей социальной элиты.

Пока между наркобаронами сохранялась холодная война, это было вполне терпимо. Но когда обезглавленные, дестабилизированные и превратившиеся в конгломерат агрессивных фракций мафии начали неограниченные феодальные войны за земли, города, плантации и пути контрабанды наркотиков, это коснулось бесчисленного множества людей и целых штатов.

Лояльность той или иной группировке для миллионов мексиканцев стала важнее, чем национальная или религиозная принадлежность. За это убивают и умирают.

Во славу картелей, их лидеров и боевиков слагают стихи и песни, снимают фильмы. А мафиозные гербы и символы носят с не меньшей гордостью, чем гербы и символы могущественных герцогов или графов в Средневековье.

Сражения картелей идут в форме малой войны, часто городской, но вовлекают они сотни тысяч человек. И даже непричастному человеку достаточно неосторожного слова, чтобы исчезнуть навсегда, порой вместе с родными и близкими.

Вторая беда: качественный уровень боевиков картелей. Ещё до начала большой войны их лидеры стали привлекать профессионалов из силовых структур для создания собственных частных спецслужб и спецподразделений. Мексиканский бюджет с его вечной нехваткой денег и запредельной коррупцией платит защитникам государства смешные и грустные зарплаты. Зато наркобароны готовы засыпать полезных им профессионалов золотом. Итог очевиден.

Сердце тьмы

Всё началось с того, что лидеры картеля «Эль Гольфо», традиционно владевшего побережьем Мексиканского залива, стали привлекать к себе на службу лучших специалистов из полицейского и военного спецназа. Из них постепенно сформировалась одна из самых сильных, грозных и страшных частных спецслужб мира, известная как «Лос Сетас».

Их бойцы знали и умели всё, что умеет мексиканский спецназ, который для борьбы с картелями старательно обучали американские инструкторы. Но при этом не имели никаких юридических и моральных ограничений — кроме голой эффективности.

Вооружённые «Лос Сетас» (источник фото)

Вскоре «Лос Сетас» окрепли настолько, что объявили войну «Эль Гольфо» и превратились в новый картель.

Помимо высочайшего профессионализма, на голову превосходившего любую другую преступную организацию и большинство подразделений полиции и армии, они сделали ставку на запредельную жестокость.

От того, что «Лос Сетас» делают с пленными, стошнит большинство террористов Сирии и Ирака.

Их казни сравнимы разве что с методами тёмных эльфов из «Вархаммера» — только, к сожалению, совершенно реальны. Расчленение бензопилой заживо — это, так сказать, особая милость.

«Лос Сетас» тоже были большими любителями документалистики

Профи из «Лос Сетас» террором и ужасом прокатились по Мексике, как легион Повелителей Ночи.

La Resistance lives on!

В 2010 году оппоненты «Лос Сетас» поняли: против этой угрозы нужно объединяться.

Старинная и могущественная наркомафия «Синалоа» объединила свои усилия с едва удерживающей анклавы на побережье «Эль Гольфо» и недавно возникшим в юго-западном штате Мичоакан картелем с прекрасным названием «Тамплиеры».

История «Тамплиеров» типична, печальна и поучительна. Изначально они возникли как красивая в своём роде идея картеля с высокими моральными ценностями. Дескать, мы, конечно, толкаем кокс, траву, героин и метамфетамин — но зато помогаем бедным, боремся с уличной преступностью, следим за порядком... и главное — защищаем мирные города от ужаса «Лос Сетас», который уже пересёк границу штата.

Поначалу жители штата поддержали «Тамплиеров». Это было жуткой ошибкой. Лидеры картеля не смогли (а может и не захотели) поддерживать хотя бы подобие заявленных высоких этических стандартов.

Несостоявшиеся «Робин Гуды» оказались едва ли не самой отмороженной в Мексике бандой.

Они не практиковали устрашающие и изощрённые методы казней «Лос Сетас», зато их многочисленные боевики воспринимали жителей штата как законную добычу. Мичоакан захлестнуло самое безудержное насилие в стиле «Безумного Макса». Мирных жителей убивали, грабили, насиловали сотнями и тысячами за малейшее неповиновение или просто потому, что захотелось.

В результате целые города штата восстали. Отчаявшись ждать помощи от насквозь коррумпированных полиции и армии, их жители вооружились, создали мощные отряды самообороны и стали истреблять ячейки «Тамплиеров».

Мстители из народа берут дело в свои руки (источник фото)

Пытающихся «навести порядок» (а точнее «загнать бунтарей в стойло») полицейских форменным образом выгоняли из городов вместе с их вертолётами и броневиками. В Мичоакане стало формироваться анархистское самоуправление, причём заметно более приличное, чем в Диком Поле батьки Махно или у испанских анархистов времён гражданской войны.

Это не продлилось долго. Правительство испугалось анархистских коммун больше, чем любого наркокартеля. Лидеры движения попали в тюрьмы. Часть отрядов примирилась с полицией и получила полуофициальный статус. Часть продолжила борьбу, для которой потребовались деньги, — и они сами не заметили, как превратились в небольшие наркомафии.

Вкус власти привёл к тому, что всё чаще отряды самообороны применяли силу отнюдь не против боевиков «Тамплиеров», а деля власть, наркотики и деньги или угнетая своих же соседей. Впрочем, «Тамплиеры» не выдержали внешней и внутренней войны и спустя несколько лет окончательно рухнули.

Традиции, инновации и победоносный гуманизм

Спустя более десятка лет после начала мексиканской нарковойны борьба продолжается и конца ей не видно. Но некоторые тенденции достаточно заметны.

Грозные «Лос Сетас» потеряли большую часть некогда обширных территорий и теперь владеют относительно небольшими участками земли на берегу Мексиканского залива. Ставка на террор не оправдала себя: после первых побед против них восстали и картели, и мирные жители, и власти с силовиками.

Война войной, деньги деньгами, но даже по мексиканским меркам жестокость «Лос Сетас» оказалась чрезмерной.

А их некогда непревзойдённые элитные отряды за годы бесконечных сражений потеряли большинство опытных операторов и командиров.

В свою очередь, другие наркомафии тоже завербовали множество профессионалов и создали свои спецслужбы и спецподразделения. Пропасть между возможностями «Лос Сетас» и их врагов сошла на нет.

Вся эта история очень напоминает Сирию и Ирак несколькими годами позже. И ситуацию с некими запрещёнными во всём цивилизованном мире любителями чёрных знамён и качественного видео: профессионалы погибли, а зверства не столько запугали, сколько разъярили ближних и дальних врагов. Конец немного предсказуем. К тому же «Лос Сетас» теперь расколот на несколько враждующих фракций, что не повышает их шансы на реванш.

Теперь большую часть Мексики контролирует альянс: старый почтенный картель «Синалоа» и молодой амбициозный — «Новое поколение Халиско». Террору «Лос Сетас» они противопоставили сочетание грамотного стратегического планирования и подчёркнутую умеренность в насилии. Которую, в отличие от самонадеянных «Тамплиеров», сумели реализовать. Чтобы избежать конкуренции, «Синалоа» сосредоточился на экспорте в США, а «Халиско» расширяет контрабанду наркотиков в Европу.

«Я кукарача, я кукарача…»

А война продолжается. Картели воюют друг с другом, внутри них идёт напряжённая борьба между фракциями.

Правительство не оставляет попыток разгромить группировки, те отвечают пулемётным огнём и взрывчаткой. Только в 2017 году и только по официальным данным на этой войне погибли более 23 000 человек.

Дамочки из наркокартелей прилежно ведут инстаграмы, где старательно позируют с разнообразным оружием

В последние годы в боевики и киллеры картелей идёт всё больше женщин — работы мало, денег нет. А в отчаянности и свирепости мексиканские сеньориты дадут фору многим записным мачо. Растут горы трупов и пачек долларов в поместьях наркобаронов, миллионы судеб ломаются от употребления наркотиков. И всё это — под жизнерадостные мотивы «наркобаллад», прославляющих «свои» картели и высмеивающие вражеские.

Гимны устрашающей «Лос Сетас» вполне можно принять за детские песенки, шуточные баллады о легкомысленных сеньорах и их ветвисторогих мужьях или ритмичную танцевальную музыку для отключения мозга и включения гормонов.

Ничего удивительного, в этом вся Мексика.

Здесь кровавая ацтекская свирепость давно и неразрывно сплавилась с даже не испанской, а итальянской легкомысленностью.

Достаточно вспомнить текст знаменитой некогда «Кукарачи». В одном традиционном варианте текста бедолага-таракан не может больше бегать, потому что ему ноги к чертям оторвало. В другой версии — потому что он скурил всю траву, а больше-то и нет.

Кровавая резня бензопилой под зажигательный ритм «Кукарачи» — едва ли не самый точный образ происходящего в Мексике. И конца этому не видно.