Железо

Ликбез: армия США против врагов демократии

Армия США — это всепобеждающая мощь доблестных защитников свободы? Или трусливые толстяки с колой на ржавых танках? Или что-то до крайности мало похожее на оба утрированных образа? Что вообще представляют собой современные сухопутные войска единственной сверхдержавы нашей планеты? Давайте разбираться.
Алексей Костенков
  • 24K
  • 41
  • 28
  • 722

Всем известно, что американская армия… что?

Одни свято уверены, что бесчисленные легионы сияющего града на Капитолийском холме легко сметут любых врагов демократии. Был бы приказ — и звёздно-полосатое знамя замелькает в самых дремучих уголках планеты.

Другие не менее твёрдо убеждены, что «чёртовы янки» просто давно не видели «настоящего», сурового противника. От одного вида которого немедленно разбегутся в панике и растеряют свои «абрамсы», бургеры и банки с колой.

И та, и другая картины безумно далеки от реальности.

«И не дай тебе бог спутать одних с другими…»

Иногда доводится читать феерические заголовки. «Армия США направит авианосец в Персидский залив» или «Армия США нанесла бомбовые удары по особо важному сараю талибов под Кандагаром». Это то же самое, что танки «Тигр» на плакатах к 9 мая и «леопарды» к 23 февраля. То есть бред.

Армия США — сухопутный компонент вооружённых сил Штатов. Есть еще четыре: ВВС США, ВМС США, Береговая охрана США, а также Корпус морской пехоты США. Последние два с административной точки зрения относятся к департаменту ВМС, но обладают изрядной автономностью.

И не дай вам бог публично назвать морпеха «солдатом». Можно получить обидные травмы лица и прочих частей тела.

Морпехи жутко гордятся тем, что они морпехи, а не всякие там сухопутные крысы. А также тем, что заслуженно считаются самыми дикими отморозками. Такими, которых можно забросить в любой anus mundi с минимальным снабжением и старым оружием и надеяться на доблестную победу.

Говорят, как-то во Вьетнаме полевой госпиталь морпехов за первые полгода работы из всего оборудования получил только бильярдный стол. И ничего, справились. С помощью вискаря и какой-то там матери.

В американских околовоенных кругах популярны мемчики примерно такого вида: армейский сапёр в крутом спецкостюме с хайтековым миноискателем — и рядом сапёр-морпех в потёртом камуфляже и щупом вида «две палки и изолента». Но при этом гордости за свой корпус у любого морпеха хватит на дюжину армейцев.

В общем, не путайте. Особенно вживую. А то ведь люди обижаются.

А мы продолжим про армию США.

«Сколько ж вас?»

Формально только в армии США служит устрашающий миллион человек. Это почти половина двухмиллионной военной машины американской демократии.

Вот только этот миллион для начала делится на три очень неравнозначные части.

Во-первых, это собственно регулярная армия. Числом в 476 тысяч человек на 2017 год. О ней мы и будем говорить дальше.

Во-вторых, сухопутные части национальной гвардии. 343 тысячи человек в десяти пехотных дивизиях, разбросанных по всем 50 штатам. Они предназначены для ликвидации последствий стихийных бедствий, подавления всяческих бунтов и безобразий. На настоящую войну они периодически ездят, но в качестве оккупационных войск: за порядком следить, да желательно где потише. В общем, некое подобие советских внутренних войск.

А 199 тысяч — это и вовсе резерв американской армии. «Солдаты выходного дня», которые надевают форму раз в месяц, плюс две недели в году бывают на сборах.

Таким образом, реальная армия США, которая должна нести всему миру свободу, демократию и яблочный пай — это чуть менее полумиллиона человек.

Бригадные тактические группы: основа основ

Итак, регулярная армия. Разделены эти полмиллиона на одинадцать дивизий и несколько отдельных бригад и полков в довесок. На самом деле всё несколько сложнее и причудливее, но мы слегка упростим и сосредоточимся на главном.

Боевое ядро каждой дивизии состоит из двух или трёх бригад. А точнее — бригадных тактических групп (Brigade combat team — BCT).

Эти BCT — основа основ современной армии Штатов. Которая полностью выстроена вокруг бригадных тактических групп, как армии Второй мировой выстраивались вокруг дивизий.

Бригадная тактическая группа отличается от «просто» бригады своей самодостаточностью. Она имеет в своей структуре практически всё необходимое для броска в любую точку мира. И способна вести там полноценные боевые действия. Ну разве что вертолётов у них нет. Винтокрылые машины выделены в отдельные бригады боевой авиации (Combat Aviation Brigade — CAB) и дивизионные бригады обеспечения, которые занимаются логистикой и ремонтом.

Формально в каждой дивизии имеется ещё и дивизионная артиллерия, DIVARTY. Но на деле от неё остался только голый штаб для удобства управления и обучения артиллерийских бригад.

BCT делятся на три стандартных типа (на самом деле типов минимум пять — но официально их три). И каждый из них предельно, максимально унифицирован. Даже по структуре все три типа идентичны: три боевых батальона, кавалерийский эскадрон (так романтично они назвали разведбат), артиллерийский батальон, инженерный и батальон поддержки.

Каждая бригада определённого типа в идеале не должна отличаться от другой такой же вообще ничем. Чтобы штабам сразу было понятно, что она может, что не может и сколько чего нужно для её экстренной переброски из Техаса на Огненную землю.

Маленькое ядро гигантской армии

Первый тип — самый традиционный. Это бронетанковые бригадные тактические группы (Armored Brigade Combat Teams — ABCT).

Каждая вооружена танками «Абрамс» — 90 штук, БМП и БРМ «Брэдли» — 90 штук, старыми добрыми М113, в том числе с миномётами, — 112 штук, 155-мм самоходными гаубицами М-109 — 18 штук. А также 63 бензовозами, чтобы всё это хоть немного успевать заправлять, двумя десятками инженерных машин и сотнями «хаммеров» в довесок.

В каждой бронетанковой BCT должно насчитываться ровно 4713 солдат. И в регулярной армии США сейчас десять таких бригад.

И всё. Больше танков и гусеничных БМП в боевом составе американской армии нет. Есть у национальной гвардии, но там труба сильно пониже и дым пожиже и с подготовкой и с оснащением разными современными девайсами. И есть, конечно, машины на хранении.

Ударное ядро составляют всего 50 тысяч человек с девятью сотнями не самых новых танков. И чтобы всё это доставить на ТВД и обеспечить бойцов всем необходимым, даже блистательным американским логистам и самым опытным штабным фокусникам придётся немного вывернуться наизнанку.

Все остальные бригады вооружены гораздо легче. Танков им не дают.

Сомнительные инновации

Второй тип бригадной тактической группы — это бригады на «страйкерах» (Stryker Brigade Combat Team — SBCT).

Они практически полностью укомплектованы колёсными бронемашинами этого семейства. От обычного БТР М1126 до лёгкого колёсного танка М1128 со 105-мм пушкой в необитаемой башне. Всего 300 единиц техники и 4500 человек личного состава. При поддержке трёх батарей 105-мм буксируемых гаубиц М777.

«Страйкеры», особенно командирские, под завязку набиты новейшей электроникой и предназначены для сетецентрической войны. По замыслу разработчиков, три сотни разномастных единиц техники должны единым роем получать исчерпывающую информацию о поле боя с разведывательных машин и штатных беспилотников. И на её основе учинять смертоносный балет, истребляя противника пачками до собственного обнаружения.

Григорий Пастушков
Григорий Пастушков
Полевой эксперт в запасе

Суть концепции сетецентрической войны, предельно упрощая, заключается в формировании единого информационного пространства, позволяющего всем звеньям управления в режиме реального времени обмениваться информацией, и в том же режиме передавать её боевым подразделениям. Это позволяет решать боевые задачи относительно малыми силами, превосходя противника в манёвре и скорости реакции.

Особенная прелесть для американского командования заключается в том, что такую бригаду можно перебросить по воздуху в любую точку планеты за 96 часов. В то время как для бронетанковой бригады с её боевыми машинами никаких тяжёлых транспортных самолётов не хватит. Нужны корабли и в разы бОльшие сроки.

Бригады со «страйкерами» вооружены гораздо сильнее пехотных и десантных бригад. Профит!

Правда, американские военные от инновационной техники таких бригад взвыли в голосину хором. По их мнению, в новых машинах плохо решительно всё. Они были то слишком лёгкие, то слишком тяжёлые и «не влезающие» в самолёты — ради чего всё и затевалось. И притом тонкобронные — мечта вражеского гранатомётчика.

Преимущества «продвинутой» электроники на фоне не сильно отстающих в этом плане бригад других типов тоже оказались под вопросом. А «колёсный танк» и вовсе при обстреле то набок опрокидывался, то зарывался в землю. Со временем их допилили, и военные с ними примирились. Но вопросы к «компромиссу, который хуже обеих крайностей», остались до сих пор.

Этих инновационных и продвинутых бригад в регулярной армии США сегодня насчитывается семь штук.

Пехота, простая и не очень

Третий тип (а также четвёртый и пятый… но если вдуматься, то и шестой с седьмым) — это пехотные бригадные тактические группы (Infantry Brigade Combat Team — IBCT). Их в американской армии больше всего — 14. Почти половина от общего числа армейских.

Из бронетехники им выдают только «хаммеры» и прочее подобное. Нет ни БТР, ни тем более БМП, ни даже каких-нибудь «люминевых» подобий российских БМД. Не положено.

Превозмогайте так! Вера в демократию вам в помощь.

Ну и батарея гаубиц М777 вместе с двумя батареями лёгких аэромобильных 105-мм М119 в довесок. Республиканская и Демократическая партии вас не забудут. Наверное.

На самом деле, конечно, всё не так грустно. В том смысле, что у них свои задачи и ломиться на вражеские танки американской пехоте обычно не требуется. Зато она крайне легка на подъём. Прыгнули в самолёты — и полетели на Тасманию. Даже «страйкеры» в «геркулесы» утрамбовывать не надо.

На ТВД именно пехота обычно занимается традиционной американской забавой в виде высадок с вертолётов под «Полёт валькирий» и Fortunate Son. И всякими прочёсываниями местности вместе с завоеванием умов и сердец хмуро косящегося освобождаемого населения.

Пехотные бригадные тактические группы делятся на шесть «обычных», три десантно-штурмовые и пять воздушно-десантных. Структура их строго единообразна. Различаются только объёмы упора на парашютно-десантную подготовку.

В свою очередь, «обычные» пехотные бригады включают: две совсем обычные — лёгкая пехота на джипах «Хамви»; две горнострелковые с упором на действия в Арктике; две с повышенным умением превозмогать в тропических дебрях и джунглях.

Так грозная армада или бумажный тигр?

При ближайшем рассмотрении устрашающая миллионная сухопутная армия США начинает казаться сборищем зевающих нацгвардейцев, упитанных резервистов и беззаботных лёгких пехотинцев.

И всё это при крохотном 50-тысячном острие десятка бронетанковых бригад на 900 танках и 30 с лишним тысячах примкнувших к ним бойцов на несколько сомнительных «страйкерах».

Как они дошли до жизни такой, вполне понятно. После падения СССР с восточным блоком основной задачей армии США оказалась не война с равным противником, а усмирение всяческих врагов демократии в отдалённых регионах. Танков для этого надо мало, а высокомобильной пехоты с вертолётами — много.

А на фоне двух чёрных дыр американского бюджета в виде соплеменных ВВС и ВМФ, армия США — несчастная Золушка на хлебе и воде. У которой постоянно всё урезают и сокращают в пользу летунов и моряков.

Ещё недавно все дивизии армии состояли из четырёх бригадных групп… но и этого Пентагону показалось непозволительно много. Четыре бригады, и это в то непростое для родины время, когда пилотам даже на амфетамин не хватает!

И что, вот этого страшится весь мир?

Не всё так просто.

Дело даже не в неполных 200 тысячах морпехов (из которых, собственно, боевых частей с тяжёлым вооружением тоже не так уж много), готовых поддержать «сухопутных крыс» со всей своей свирепостью.

Во-первых, армия США никогда не будет воевать сама по себе. Любые её действия будут сопровождать те самые ВВС и ВМФ, которые «отбирают у армейских бедолаг последнюю корочку». И поддержат они со всем прилежанием самых сильных авиации и флота на планете.

Во-вторых, «сетецентрическая война» и всё сопутствующее — это не блажь, а действенная и страшная для любого противника система.

Все мы играли в компьютерные игры, где позиции своих и чужих нанесены на тактические карты, обновляемые в реальном времени. Благодаря боевым компьютерным сетям, а также превосходным системам разведки и управления огнём, — это уже лет тридцать как реальность американской армии. А у большинства других армий этого нет. Всё по старинке: «враг во-он там, впереди, ищите и нагните».

Разница — в понимании ситуации, оперативности реакций и возможности открыть точный огонь до собственного обнаружения — запредельная.

Иракские танкисты на новейших советских танках имели огромный боевой опыт войны с Ираном, были отважны и готовы драться насмерть. Но их машины одна за другой сжигались точными выстрелами «абрамсов» задолго до того, как они эти самые «абрамсы» замечали. Даже без поддержки с воздуха.

Противостоять этому может только армия, имеющая информатизацию поля боя хотя бы сопоставимого уровня. В противном случае не поможет ни самая лучшая техника, ни самые отважные и опытные солдаты.

А в-третьих, ну вот совсем не стоит недооценивать американского солдата. Бесчисленные десятки и сотни тысяч врагов США — от индейцев до иракцев — погибли из-за уверенности, что «эти трусы непременно испугаются и разбегутся, они же изнеженные и зажравшиеся». Не испугаются и не разбегутся.

Средний солдат армии США — это суровый мужик из небогатой глубинки. Или не менее суровый парень из бедного гетто. Привыкший к трудностям и лишениям не сильно меньше, чем житель Китая или Ирана. Любящий и умеющий стрелять и не привыкший отступать или сдаваться.

Он, конечно, любит ледяную колу и сочный стейк — а кто в наше время это не любит, положа руку на сердце?

А ещё он зачастую искренне любит свою страну при всех её недостатках. И верит, что сражается за правое дело. Рискуя жизнью, освобождает всех этих неблагодарных мрачных людей от тирании и невежества. Ну а если не сильно верит, то всё равно считает: «это моя страна, права она или нет». Или, на худой конец, просто готов драться за себя и бро Джонни, cause f*** you, that’s why.

И хотя современная американская армия при ближайшем рассмотрении совершенно не выглядит абсолютной «машиной нагиба», имеет множество слабостей и недостатков, и не очень-то заточена под настоящую большую войну — недооценивать её категорически не стоит.

Как, впрочем, и переоценивать.

Подписки в соцсетях