Война

Страна Чудес за Полярным кругом: как немецкому линкору не хватило отмороженности

В 1942 году немецкий флот решил немного поколотить горшки на северном морском пути. Но по ходу дела выяснилось — чтобы плавать на Русском Севере, больших пушек и толстой брони недостаточно. Нужна самая настоящая отмороженность.
Андрей Бекасов
  • 19K
  • 26
  • 16
  • 375

Ход конем по голове!

Переведённым на север после начала войны с СССР немецким рейдерам жилось плохо и скучно. Норвегия по количеству и качеству предлагаемых развлечений сильно проигрывала даже родному фатерлянду, не говоря уж о юге Франции. Вспоминая веселые дни начала войны, капитаны тосковали ещё больше и начинали заваливать штаб рапортами с просьбой отпустить их погулять на войну — желательно в июле и в Южную Атлантику.

Штаб «адмирала Арктики» вяло отругивался — нефиг-нефиг, у одного плановое ТО на носу, у другого ещё за прошлый раз путевой лист не заполнен, и вообще — сейчас 42-й, а не 39-й! И немецким кораблям в море лучше появиться не раньше ноября, когда включат полярную ночь. Тем более подводных лодок у фюрера много, за самолёты вообще отвечает Геринг — а вот за крупный надводный корабль спросят именно с адмиралов, причём по‑взрослому.

Даже в самый разгар охоты за конвоем PQ-17 линкоры едва успели высунуть нос из норвежских фьордов и пару раз провернуть винты на просторе, как им тут же приказали возвращаться обратно в конуру.

Впрочем, в штабе согласились, что изобразить какую-нибудь имитацию бурной деятельности было бы весьма полезно с точки зрения рейтингов, кипиай и лайков — лет через 80, когда всё это придумают. Вот если бы при этом ещё и с англичанами не связываться…

И тут немецкие адмиралы вспомнили, что ещё 1940 году русские провели немецкий якобы сухогруз (а на самом деле вспомогательный крейсер) «Комет» вокруг своей tundra прямо в Тихий океан. Воображение немецких моряков сразу нарисовало толпы жирных транспортов, шныряющих туда-сюда по Севморпути — и никаких английских линкоров поблизости.

Да вообще никакой опасности! Там и советского флота нет, разве что несколько мобилизованных посудин с парой старых пушек, чтобы гонять подлодки.

Немцев смущала лишь погода. «Комет», конечно, русские как-то протащили, но его командир по итогам круиза очень конкретно высказался, что второй раз он на такое не подпишется. А потерять линкор, если тот вмёрзнет в лед, как-то совсем обидно…

В разгар этих раздумий морякам отфутболили сообщение из Токио: русские сформировали очередной караван с ледоколами, он прошёл Берингов пролив и отправился на запад.

«Отлично! — решили в штабе адмирала Карльса. — Сейчас-то мы им в лавке горшки и побьем».

Верблюды идут на север!

Первоначально планировалось, что в поход отправится тактическая пара: карманные линкоры «Адмирал Шеер» и «Лютцов». Операция получила название «Страна чудес» (Wunderland), и надо сказать, с названием планировщики не ошиблись — с чудесами в этом походе было всё в порядке. Правда, вовсе не с теми, на которые рассчитывали в кригсмарине.

Евгений Башин-Разумовский
Евгений Башин-Разумовский
Эксперт по историческим вопросам

Формально к этому моменту корабли типа «Дойчланд» переклассифицировали из броненосцев (panzerschiff) в тяжёлые крейсеры. Но по сути название «карманный линкор» лучше отражает их сущность: главный калибр 280-мм для крейсера, даже тяжёлого — немного перебор.

Пронюхав, что им предстоит из унылой Норвегии поход ещё дальше к белым медведям, на «Лютцове» резко заскучали, а третьего июня корабль наскочил на подводную скалу. Затем одна за другой сломались две летающие лодки BV-138, которые должны были стать разведчиками погоды в предстоящем рейде. Между тем, висящие на стене карты красноречиво намекали, что Ледовитый океан — он большой. И даже та его небольшая часть, которая летом освобождается от льда, гораздо больше видимости с мачты корабля и даже радара.

«Адмирал Шеер»

Чтобы «Шееру» не стало совсем одиноко, в район его предполагаемых действий направили несколько подводных лодок.

18 августа карманный линкор вошел в Карское море.

Несколько суток немцы потратили на выяснение — а где тут, собственно, плавают?

Представление о маршрутах советских кораблей в этом районе у них было примерно… никакое.

21 августа гидросамолет с «Шеера» заметил долгожданный конвой — десяток судов с ледоколом, идущих на юго-запад навстречу рейдеру. Капитан цур зее Вильгельм Меендсен-Болькен радостно потёр лапки и приказал занять позицию на Банке Ермака (мелководье в Карском море. — Прим. ред.), ожидая, что вот-вот на горизонте покажется долгожданная Красная Шапочка с корзинкой пирожков.

Однако время шло, а конвой — нет. Долгожданные суда не показывались даже на радаре. Только радиорубка докладывала о переговорах… но удаляющихся. Одно из сообщений удалось расшифровать, и его текст подействовал на Меендсен-Болькена не хуже забортной водички: конвой шёл… на восток. Разведчик с рейдера обнаружил не «тихоокеанский», а встречный «арктический» конвой, который двигался из Архангельска на Дальний Восток.

Гидросамолёт-разведчик BV-138

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови!

Из перехваченного сообщения следовало, что конвой движется со скоростью пять узлов. В теории, «Шеер» мог разогнаться до 28. Но сделать это мешала одна проблема, большая и белая, как толстый полярный лис, — плавучие льды! Даже с подсказками от висящего в небе гидросамолета «карманнику» приходилось постоянно лавировать между ледяными полями.

24 августа «Шеер» едва сам не стал добычей Арктики — корабль затёрло льдом. К счастью для немцев, переменившийся ветер позволил им вырваться на относительно чистую воду. Относительно — потому что на следующее утро разведчик «Шеера» при посадке в приправленную льдинами кашу получил серьёзные повреждения. На рейдере никто не владел секретными технологиями починки гидросамолетов кувалдой и «такой-то матерью», поэтому Меендсен-Болькен решил, что с него приключений хватит и пора валить. Разумеется, громко хлопнув дверью.

Арктический конвой

Отходить на запад у немцев получилось значительно быстрее, чем гнаться за караваном на восток — то ли попутный ветер надувал дизеля, то ли что. Но возле острова Белуга им всё же пришлось задержаться.

Причиной задержки стал советский ледокол «Александр Сибиряков». Конечно, старый кораблик английской постройки был для «Шеера» на один залп.

Для начала немцы решили прикинуться шлангами, то есть американцами — подняв флаг США и начав передавать запросы на русском в стиле: «Сами мы не местные, расскажите ледовую обстановку и вообще чё тут у вас на раёне». Впрочем, языковые познания своих сигнальщиков Меендсен-Болькен сильно переоценил — вместо названия «Тускалуза» те передали на советский корабль нечто вроде «Сисиама».

Евгений Башин-Разумовский
Евгений Башин-Разумовский
Эксперт по историческим вопросам

Американский тяжёлый крейсер «Тускалуза» вместе с пятью британскими эсминцами пришёл в Мурманск 23 августа 1942 года. Утром следующего дня отряд отправился обратно в Англию. Так что появление перед «Сибиряковым» именно этого корабля союзников было вполне возможно.

Если в американца советские моряки могли бы на какое-то время поверить, то японский крейсер посреди Арктики — это было уже чересчур. Капитан «Сибирякова» лейтенант Анатолий Качарава приказал поставить дымзавесу, на полном ходу идти к берегу… и радировать о неизвестном корабле. Вряд ли он надеялся выжить — немцы любой ценой хотели прервать передачу, и лучшим способом для этого были пушки.

Бой «Сибирякова» и «Адмирала Шеера»

Бой затянулся на сорок с лишним минут — на «карманнике» особо не торопились. Высланный катер снял со шлюпки 22 уцелевших, включая тяжелораненого капитана. Но, прислушиваясь к рёву дизелей и чужим командам за стенами, пленные моряки «Сибирякова» ещё не понимали, что победили в этом бою. Теперь советское командование знало про немецкий рейдер в Карском море.

От него кровопролитиев ждали!

Замысел налёта на порт Диксон был довольно простым — пострелять по всему, что шевелится, а затем высадить на берег десант, который вручную запалит остальное. Ничего такого, что могло бы оказать достойное сопротивление «карманному линкору», в забытом Христом и Одином полярном порту быть не могло по определению.

Первые же минуты боя показали капитану цур зее, что всё будет не так-то просто.

Стоящий у причала сторожевой корабль СКР-19 (бывший ледокол «Дежнёв») вместо того, чтобы развалиться от страха при одном виде немецкого линкора, пошёл ему наперерез, ставя дымзавесу и стреляя из всех орудий. Их на сторожевике стояло целых восемь — четыре 76-мм и четыре «сорокапятки». Ответный залп «карманника», к большому изумлению всех участников боя, старый ледокол в клочья не порвал. 280-мм снаряды просто пробили сторожевик насквозь и разорвались уже в воде. «Шеер» потратил на СКР целых восемь минут, пока тот от полученных повреждений не приткнулся на мель. Добить его немцы уже не успели — по ним открыла огонь береговая батарея № 569.

СКР-19

На самом деле батарей в Диксоне должно было быть целых три — две «морские», со 130-мм и 45-мм пушками, и одна — с армейскими 152-мм гаубицами. Поскольку Диксон считался тыловым портом, где ничего не происходило, летом эти батареи решили перебросить на Новую Землю, отгонять наглые немецкие подлодки. Две «морские» батареи погрузили в сторожевик, а две гаубицы стояли на деревянном причале. Радиограмма с «Сибирякова» дала им драгоценное время для подготовки к бою — выгрузить обратно прямо на причал хотя бы часть снарядов. Они и стали той самой береговой батареей.

Когда неподалеку от «карманника» начали вырастать столбы от снарядов, Меендсен-Болькен резко поскучнел.

«Ну что за невезуха! — уныло размышлял он. — _Сплошные отморозки попадаются! Вчера этот „Сибиряков“ до последнего из пушки стрелял, сейчас сторожевик чуть на таран не пошел. Теперь оказывается, у них ещё и большие пушки есть. И ведь всё ближе прилетают, заразы. Если подойти, могут ведь и попасть больно. Да и зачем подходить? Отсюда видно, что у русских в этом, с позволения сказать, порту только пара деревянных сараев. Решено — разнесём их в щепки и валим отсюда!»

Наткнувшись на «неожиданно сильное» сопротивление — пушечный огонь вместо винтовок «гарнизона НКВД», — немцы тут же забыли про свой план высадки. За следующие два часа они выбросили в строну берега шестую часть корабельных погребов, полюбовались на черный дым от хранилища соляры — и ушли. Совсем.

Оставшиеся в Диксоне моряки и артиллеристы смотрели вслед уходящему линкору, ещё не веря толком, что остались живы…

…а он чижика съел!

Рейд, который, по замыслу немецких штабистов, должен был полностью прекратить судоходство по Северному морскому пути, закончился фактически ничем. Через два дня после немецкого рейда снова начала вести передачу радиостанция Диксона. Ещё через несколько дней залатали дыры в повреждённых кораблях. Конвой, за которым гнался «Шеер», благополучно дошел до цели.

Немцам, конечно, не хватило везения — то у них крейсер ломался, то самолёты. Ну и явно не доставало отмороженности — или героизма, который проявили экипажи «Александра Сибирякова», СКР-19, батареи № 569 с ее двумя старыми шестидюймовками и многие другие. Они сделали всё, что могли, чтобы «Адмирала Шеера» закатали под асфальт. В самом прямом смысле слова — когда в 1945-м линкор, так и не отличившийся более ничем, разбомбили британцы, на месте развалин дока с останками корабля построили автостоянку.

Подписки в соцсетях