Исторический наброс

Чёрное Средневековье: как африканцы стали частью европейской истории

Современная культура выходит за рамки! Африканцы снимаются в фильмах про средневековье, играют роли рыцарей и античных героев… Как же так? Такого просто не могло быть! Или всё-таки могло? Мы разобрались в вопросе.
Фарид Мамедов
  • 8.1K
  • 22
  • 5
  • 309

Блудница Фатима и шпион Филипп

Одни звали её Фатима, другим она была знакома под именем Урсула. Как установил инквизиционный трибунал Валенсии в 1484 году, веру упомянутая Фатима-Урсула меняла так же часто, как и мужчин. В конечном счёте трибунал заклеймил её «публичной женщиной» — хотя фактов проституции обнаружить не удалось. Подсудимая просто выходила замуж снова и снова, бросая предыдущих мужей. Размах её сексуальной деятельности впечатлил судей. И действительно, это же надо было: променять богобоязненного арагонца на мусульманина. И не где-нибудь, а во французском Осере!

Подобные суды были частым явлением в Арагонской короне после введения там инквизиции. Пару столетий назад всё решалось проще.

В 1153 году евнух Филипп, близкий друг сицилийского короля Рожера II и сицилийский адмирал, предстал перед королевским судом. Его обвиняли в том, что он был крипто-мусульманином, посылал богатые дары на могилу пророка Мохаммеда и шпионил на берберов-зиридов (племя в Ифрикии. — Прим. ред.), против которых король вёл войну.

Согласно хронистам, выслушав доказательства вины своего друга, король возрыдал, вознёс руки к небу и… согласился с приговором.

Филиппа вместе с людьми из его ближнего окружения казнили самым жестоким образом: вначале пытали, а потом сожгли.

Оба случая роднит то, что они касаются африканцев. И если Фатима-Урсула была, по всей видимости, из семьи испанизировавшихся берберийских мудехаров (мусульман, подданных христианских королей Иберии. — Прим. ред.), то Филипп — бывший суданский чёрный раб, которому посчастливилось занять второй по значимости пост в Сицилийском королевстве и вести успешную войну с его противниками.

Евгений Башин-Разумовский
Евгений Башин-Разумовский
Эксперт по историческим вопросам

Здесь и ниже речь идёт не о государстве Судан в современном понимании, а о более обширном регионе — чёрной Африке к северу от экватора.

Волны африканских миграций

С V века н. э. Европу захлестнули волны африканских миграций. Падение Западной Римской империи и варварские нашествия вызвали бегство наиболее образованного и богатого населения из Северной Африки. В VII веке распространение ислама и арабские вторжения вызвали очередную волну массовой миграции христианского населения Африки в Европу. Образованные выходцы оттуда осели даже в Британии, которую европейцы тогда считали настоящей дырой.

Августинское аббатство в Кентербери в VII веке возглавлял Адриан — епископ (аббат) африканского происхождения, если верить известному хронисту Беде Достопочтенному. И это не должно удивлять. Скелеты выходцев из Африки (не обязательно негроидов) в последние время находят в Британии очень часто. Тщательное обследование установило, что из 909 изученных за последние годы скелетов 34 принадлежат выходцам из Африки.

В VIII–IX веках северная Африка стала полем нескончаемой войны между берберийскими и арабскими племенами, между христианами, иудеями и мусульманами, а также между суннитскими сектами. Кого из берберов-христиан не успели вырезать или обратить в ислам, те массово бежали в визиготскую Испанию (в VII-VIII веках). В то же самое время арабо-берберские эмиры начали свои завоевательные походы в Италию, Испанию и Францию.

Захват мусульманами Сицилии и Испании оказался новым трамплином для африканской миграции в Европу.

В 900-950 годах н. э. лихие мусульманские завоеватели начали контролировать альпийские проходы между Францией и Италией и даже захватили на несколько лет Гренобль в 954 году. Только совместные усилия франко-итальянских феодалов в 975 году (или в 983-м — хронисты расходятся в датировках) положили конец арабскому владычеству в Альпах. Вместе с собой завоеватели привели массу африканского населения — арабо-берберийского происхождения, а позже и чернокожих.

Чёрный адмирал Филипп из Махдии

К середине X века самому последнему нищему в Каире стало понятно, что последователям пророка не видать Италии, как собственных ушей. А в середине XI века пала мусульманская династия Кальбидов, правивших в Сицилии…

После этого в Средиземноморье всё резко пришло в движение. Одна из соперничающих сицилийских фракций решила сделать ход конём: пригласить норманнов. Так братья Роберт и Рожер Гвискары оказались на острове. Интересно, многие ли понимали, что пустили волков в овчарню? Норманны лихо принялись за дело, и уже очень скоро все об этом пожалели. В 1072 году пал Палермо — основной порт острова. Рожер тут же сделался графом Сицилии.

Рожер I и его старший брат Роберт Гвискар принимают от арабов ключи к Палермо

Остров на тот момент был крупнейшим торговым хабом Средиземного моря, а его повелитель был связан множеством нитей с исламским миром. Через Сицилию шёл нескончаемый поток рыбы, тканей, зерна, рабов. Чаще всего это были черные африканцы из Судана, которых на остров доставляли из фатимидского Египта.

Экономика Сицилии была слишком сложной для норманнских завоевателей. Поэтому они доверили её управление грекам. А для контроля — и чтобы не зависеть только от одной фракции — сбалансировали их торговцами-мусульманами и дворцовыми евнухами преимущественно африканского происхождения.

Филипп из Махдии, казнённый в 1153 году, как раз из числа последних. Он был рабом, хотя некоторые источники говорят о нём как о сыне одного из сицилийских логофетов (сановник. — Прим. ред.). Но вероятность того, что сына высокопоставленного сановника двора оскопили и об этом не упомянули хронисты, близка к нулю.

Скорее всего, Филиппа взял в плен в городе Махдия бывший командир сицилийского флота и де-факто второй человек в королевстве — Георгий Антиохийский. И уже заслужив благодаря своим способностям протекцию адмирала, он сумел пробиться на самый верх. Выше был только король.

К 1152 году Филипп уже прославил себя участием в ряде кампаний. Он осуществил успешный захват части побережья Ифрикии (нынешний Тунис). Пали Триполи и Габес; зиридский правитель покинул страну. После жестокой осады пал Сфакс. Казалось, ещё немного — и Рожер II станет королём Сицилии и Ифрикии. Но не сложилось.

Во время успешной осады Боны (нынешняя Аннаба) Филипп пожалел мусульманскую верхушку города и отпустил её на все четыре стороны. Этого ему король не простил: положение сицилийцев не было настолько прочным в Африке, чтобы они спокойно отпускали знать, которая могла быстро профинансировать и возглавить сопротивление против завоевателей.

Рожер жестоко наказал своего командующего. Филиппа казнили, преподав всем урок: желание короля — закон для его слуг.

Звучит парадоксально, но в историю бывший чёрный раб, евнух, командующий одним из самых мощных флотов XII века вошёл только благодаря своей казни. Тысячи других африканцев — чёрных и арабов, рабов и свободных, судей и командиров кораблей — буквально канули в лету.

К тому же средневековые хронисты не столько интересовались цветом кожи или регионом происхождения человека, сколько его верой. Был бы человек христианин, а остальное — приложится. Мы думаем обо всех христианах как о европейцах, а они могут оказаться арабами или африканцами.

Испанское рабство

Иберийский полуостров был самым африканским местом Европы. Даже Сицилия и Калабрия с Апулией не могли похвастаться таким количеством неевропейского населения. Уже в 12-13 веках темнокожих в Севилье было настолько много, что это буквально бросалось в глаза приезжим.

Севильские шахматы

К XV веку ситуация в Испании ничуть не изменилась. На протяжении веков чёрный цвет кожи не был экзотикой в этом регионе.

Уже к середине XVI века испанские торговцы ежегодно ввозили минимум две тысячи чёрных рабов. В это время их общее количество в королевстве достигло цифры минимум в сто тысяч человек. Это не считая свободных африканцев-конверсос (то есть обращённых в христианство), которых насчитывалось, по прикидкам, более 200 тысяч, а также мусульман (в основном торговцев, ремесленников и огородников). Точное их число назвать невозможно, в сумме оно может доходить до полумиллиона человек — примерно 6% тогдашнего населения Испании.

В любом случае, африканцы были настолько распространены, что активно основывали чёрные братства. Известно, что они существовали в Арагоне, в Барселоне в 1455-м, в Валенсии в 1472-м или в 1475 году в Севилье. Братства были очень влиятельными — например, в севильское входил судья Хуан де Вальядолид (еврей-сефард), известный поэт, состоявший при дворе королевы Изабеллы Кастильской. Помимо заботы о нуждах выходцев из Африки, он оказывал протекцию госпиталю и часовне, посвящённой эфиопским святым Элесбану и Эфигении.

И конечно же, африканцы участвовали в боях за кастильскую и арагонскую короны.

Самый известный мусульманский наёмник-хинет

Средневековые хронисты скупы на биографию даже знатных вельмож, что уж говорить о судьбе наёмников, особенно когда они — неверные. Но есть и приятные исключения.

В 1290 году гранадский аристократ Магомед Абенадалилл (настоящее имя Мохаммед ибн Абдаллах ибн аль-Адил) поступил на службу к арагонскому королю Альфонсу III. Вместе с ним у короля оказался отряд лёгкой кавалерии — хинетов (jeneti). По соглашению с гранадским эмиром, арагонский король имел право нанимать в его владениях лёгкую кавалерию. В то время арагонцы вели постоянные войны с соседями: то с Кастилией, то с французскими королями или феодалами. Так что дополнительные 400 конников были не лишними.

«Всегда так делаю, к вящему своему удовлетворению», — думал арагонский король. И, наняв Магомеда, ни разу не прогадал.

Африканские хинеты, состоявшие из берберов и чёрных африканцев, действовали по всей кастильской границе. Магомед также отбил французский рейд, совершённый с территории Наварры. Судя по всему, действовали хинеты Магомеда не просто успешно, а суперуспешно. 10 августа 1290 года он стал капитаном всех мусульманских наёмников в арагонском войске и вассалом арагонского короля. Последнее — небывалая честь для любого наёмника, тем более мусульманина.

Магомед отработал это с полной отдачей. Второго сентября 1290 года он взял кастильскую крепость Арнау. Чуть позже король написал городам и общинам на Халонской границе, что отправил своего «благородного вассала» защищать их и «чинить вред» своим врагам — кастильцам.

Видимо, Магомед прекрасно справился и с этой задачей, так что скоро его вызвали под Теруэль — ведь король Альфонсо начал широкомасштабное вторжение в богопротивную Кастилию. Согласно придворным хронистами, вторжение это удалось на отлично. Кастилию опустошили вплоть до Берланги. Добыча оказалась большой, и король был полностью удовлетворён.

Мир с Кастилией подписали на хороших для Арагона условиях, и Альфонсо отпустил Магомеда обратно в Гранаду.

Король Арагона был не единственным, кто набирал мусульманских кавалеристов в Гранаде. Его кастильский соперник пошёл ещё дальше: у него была своя мавританская гвардия.

Чёрная гвардия кастильского короля

Мавританскую гвардию (Гардиа Моро) король Кастилии завёл не просто так. Иберийский полуостров чётко шёл в русле общеевропейских трендов: централизация власти и создание постоянного войска. Первое было невозможно без второго. Всего этого опасались кортесы, постоянно зажимавшие деньги на войны, и кастильская аристократия, вечно бунтовавшая и старавшаяся свергнуть слишком сильного короля.

Гвардия просуществовала с 1410 по 1467 год. Набирали её из мусульман и морисков арабо-берберийского и африканского происхождения. Гвардейцами часто становились выходцы из Гранады, включая противников очередного эмира. В основном это были хинеты (лёгкие кавалеристы), хотя создавали и пехотные подразделения.

Гвардия получала постоянное жалованье, централизованно снабжалась оружием и была предана лишь кастильскому монарху.

XV век был весьма бурным столетием кастильской истории, а мавританцы принимали самое деятельное участие во всех заварушках. В числе их успехов — битва при Игируэле и поход в Гранаду в 1431 году, закончившийся возведением на престол кастильского ставленника Юсуфа IV.

Затем последовало подавление нескольких бунтов 1449 года и бунта 1459 года в Хаэне, когда бо́льшую часть мавританской гвардии (около 300 человек) убили, ранили или захватили в плен — для выкупа, ясное дело.

Гвардия приняла участие и в гражданской войне 1465–1468 годов. Но это было её последнее военное предприятие. Король Энрике IV проиграл аристократии, которая требовала распустить нечестивое воинство. И не из-за того, что «неверные», а потому, что требовалось ослабить короля. Больше в услугах гвардейцев-мусульман не нуждались.

После 1466 года упоминания об этом подразделении исчезли из официальных документов.

Как стать невидимкой

На исходе XV века всё резко изменилось. Христианские короли Испании захватили Гранаду и решили, что в их стране нет места мусульманам, конверсос и евреям. В 1609 году Филипп III поставил окончательную точку в вопросе конверсос — сотни тысяч человек изгнали с родины. Следы их пребывания в стране постарались стереть из истории.

С другой стороны, развитие атлантической работорговли и европейской колониальной экономики привело к массовому спросу на чёрных слуг среди богатых вельмож и монархов. В наиболее крупных портовых городах региона — Лондоне, Амстердаме, Антверпене — появились «чёрные кварталы».

Мастер из Франкфурта — «Праздник стрелков», 1493 год

К XVIII веку чёрные слуги стали совершенно обычной деталью дворов буквально всех крупных европейских монархов. Даже курфюрст Бранденбурга, несмотря на свою прижимистость, обзавёлся парочкой чёрных барабанщиков для армии.

Барабанщик курфюрста

Так что даже в Средневековье связи между Европой и Африкой не прерывались. Выходцы с южного континента достигали высших постов при дворе, командовали армиями и флотами средневековых европейских монархий и управляли крупнейшими монастырями.

Так африканцы стали частью европейской истории — и продолжают ею быть в наше время.

Hoвости СМИ2
Подписки в соцсетях