Железо

Израильский удар по Сирии: подбитый «Панцирь» и перспективы российской ПВО

Израиль снова нанёс ракетный удар по иранским войскам в Сирии. Под горячую руку попали ещё и сирийские зенитчики. Потеряны как минимум два комплекса «Панцирь-С», и это уже далеко не первые уничтоженные в Сирии машины этого типа. Так ли хорош «Панцирь», как его расписывают, и туда ли мы идём в плане развития ПВО — в редакции WARHEAD.SU не утихают споры.
Андрей БекасовЮрий Кужелев
  • 16K
  • 25
  • 70
  • 443
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

Гипертрофированная увлечённость советских военных ПВО вообще и войсковым ПВО в частности — прямое следствие «психологической травмы» времён Великой Отечественной. Советские маршалы хорошо помнили, как в 1941-42 годах немецкая авиация «ходила по головам и делала, что хотела». Да и после, вплоть до победного 45-го, умудрялась наносить весьма чувствительные удары. Поэтому после войны страна взяла курс на создание собственного, независимого от успехов ВВС, «зонтика» над войсками. В это были вбуханы огромные средства — результат оказался неоднозначным. Конфликты в Азии и особенно на Ближнем Востоке показали, что средства ПВО способны обеспечить некое преимущество (особенно на эффекте неожиданности), но как только противник осознаёт угрозу и начинает целенаправленную борьбу с ПВО — туши свет, сливай воду.

Пикировщики «Юнкерс» Ю-87 (Ju-87D-5) из состава StG77 в полёте на Восточном фронте (источник фото)
Результат удара немецких пикирующих бомбардировщиков «Юнкерс» Ю-87 (Ju 87) по железнодорожному составу (источник фото)
Юрий Кужелев
Юрий Кужелев

О факте «травмы» спорить, конечно, нет смысла. Но вот принесла ли она пользу или навредила — большой вопрос. Увлекаясь ПВО, в СССР всё же не забывали и о развитии авиации. Тем самым подготовили запасной вариант на случай, если «советские соколы» не сдержат противника. Да и, как показала практика, ПВО куда проще перебросить по миру, даже в страну совсем не подготовленную. А вот для авиации нужен и аэродром хороший, и снабжение постоянное и непрерывное. Да и в коротких конфликтах серьёзный удар по авиации противника может стоить немалого. Удалось же в «войне на истощение» с помощью ПВО сорвать израильский план по выносу египетской промышленности и не допустить повторного конфликта.

Главными участниками «войны на истощение» с египетской стороны были авиаторы и зенитчики
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

СССР, конечно, о развитии авиации не забывал. Но он всё же пытался соперничать с наиболее развитыми западными державами, а деньги при этом брались отнюдь не из «тумбочки». Соответственно, ради трат на ПВО приходилось где-то на чём-то экономить. И это в советских условиях были вовсе не «жигули» для граждан и не лишний сорт колбасы в магазинах.

Что касается переброски ПВО, тут тоже не всё так однозначно. Сейчас при наличии нормальной системы дозаправки развернуть дежурство группы «истребители ПВО + самолёт ДРЛО» можно практически в любой точке земного шара. Сколько это будет стоить — вопрос отдельный. Но на такие меры и идут обычно в случаях, когда «мы за ценой не постоим». Опять же, наиболее вероятный противник во многих случаях мог решать вопрос плавучими аэродромами — авианосцами, которые в СССР начали строить «слишком мало и слишком поздно». А могли бы начать заметно раньше — и в том же кубинском кризисе своя авианосная ударная группа могла бы оказаться куда полезней размещённых на Кубе ЗРК.

Да и с войной на истощение тоже не всё просто. Да, ПВО там добилась определённых успехов. Зато там же случился весьма известный и показательный бой израильских и советских пилотов — увы, с разгромным счётом. Да и официальные израильские данные о потерях от ПВО не такие уж страшные, если их сравнивать с общей численностью Хель Хаавир. Хотя и чувствительные для небольшой страны. Как бы то ни было, практика показала, что бороться с новой угрозой ВВС учатся куда быстрее, чем создаётся новое поколение ПВО.

Проектов авианосцев у СССР было немало. Так, проект 85 и правда мог бы успеть к Карибскому кризису. Автор реконструкции: Gollevainen
Юрий Кужелев
Юрий Кужелев

Конечно авиаторам приятно мечтать, что они могут быть сильными везде и всегда, но на деле это не очень достижимо. Даже США, обладающие лучшими ВВС, без зениток обойтись не могут. И объекты без ПВО не прикрыть, и на марше авиация не всегда успеет прилететь и спасти от винтокрылых «охотников на танки». А многие американские военные в открытую завидуют ПВО нашего уровня — «Красной ПВО», как её любят называть. И всё та же история с войной на истощение демонстрирует верность именно такого подхода. Советские ВВС — не лучшие ВВС, и в глобальной войне их быстро побьют. Но и натовцы понесут потери. А с помощью развитого и гипертрофированного ПВО от них вполне можно попытаться отбиться. Это понимали и в США. Оттого с 70-х там делался упор на различные способы прорыва и уничтожения ПВО — от «стелс» до противорадарных ракет.

ЗРПК «Панцирь-С» (фото: Саид Аминов)
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

Разумеется, речь не идёт о том, чтобы вообще отказываться от ПВО. Разве что самые большие максималисты будут призывать обойтись без неё. Вопрос в степени разумной достаточности.

Если во время той же Второй мировой и американцы, и немцы имели относительно неплохую (для того времени) войсковую ПВО и даже путём её концентрации иногда защищали объекты стратегического значения, то для СССР это чаще всего был печальный опыт: «немцы навалились толпой, вынесли наши зенитки и потом гонялись за каждой машиной».

То есть советская войсковая ПВО создавалась из расчёта «наши ВВС вообще не летает, отбиваемся сами».

И «Панцирь», с которого начался наш разговор, — вполне типичный пример этой концепции. И чтец, и жнец, и на дуде игрец, обязанный сбивать всё, до чего дотянется пушкой или ракетами — от зависших вертолётов до оперативно-тактических ракет. Увы, практика показывает, что универсальный инструмент, как правило, делает несколько дел и все — плохо.

ЗРПК «Роман» — комплекс ПВО для ВДВ и прямой предшественник «Панциря»
Юрий Кужелев
Юрий Кужелев

Как мне кажется, «Панцирь» — это продукт 90-х годов. У военных тогда не было денег, необходимо было найти иностранного заказчика. Гонять огромные танковые армии никто в мире не собирался, и мобильный армейский ЗРПК (зенитный ракетно-пушечный комплекс. — Прим.ред.) подтянули до уровня объектовой ПРО, на которую был спрос на рынке. Тем не менее, вышла вполне достойная машина, в том числе неплохо подходящая для современных реалий, когда из пушек можно и дроны посбивать.

Первый прототип ЗРПК «Панцирь»
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

Давайте скажем прямо, «Панцирь» — это неудачный сын «Тунгуски», которая, в свою очередь, была не самой удачной дочкой «Шилки». Тогда, в 60-х, мобильная ЗСУ (зенитная самоходная установка. — Прим.ред.) с собственным радаром действительно была прорывом — но с тех пор много воды утекло.

Окей, дроны или что-то подобное, летящее медленно и печально, «Панцирь» собьёт. Хотя сейчас во всем мире в моде уже более крупные калибры, чем 30 мм, и появление на «Армии-2018» 57-мм системы показывает, что это понимают и в России.

По поводу всего остального — больше вопросов, чем ответов. Например, как у колёсной машины с высоким центром тяжести обстоит со стрельбой из пушек в сторону борта «на ходу»?

Её точно не того-с? Особенно, если дорога будет не идеально ровной бетонкой. Как там с возможностями ракет в стрельбе по высокоскоростным целям и целям, совершающим сложные манёвры? Если супостат пальнёт по комплексу противорадиолокационной ракетой, просто не входя в его зону поражения? Или пустит ракету из-за пригорочка, предварительно «подсветив» цель станцией над винтами? «Панцирь» ведь — особенно в колёсном варианте — получился машиной большой, перепутать его с чем-то сложно. И не забудем традиционный для наших скептиков вопрос в связи с западными новинками: «А в дождь ПВО работать будет?». И как будет работать в дождь РЛС миллиметрового диапазона?

Проекты ЗРПК «Панцирь» на гусеничном шасси существуют, но пока военные их закупать не спешат
Юрий Кужелев
Юрий Кужелев

Конечно же, у «Панциря» есть проблемы — было бы удивительно, если бы машина, столько всего пережившая, была бы их лишена. Тем не менее, на текущий момент «Панцирь» — это «синица в руке».

Да, есть проблемы с манёвренностью ракеты. Но потому комплекс и не пошёл в войска, а был передан в объектовое ПВО. Когда вражеские ракеты прут прямо на стоящий позади комплекс С-300, манёвренность не сильно-то и решает. Да и другие проблемы вполне разрешимы. Всё же ЗРПК сейчас на своей первой нормальной войне, и не удивительно что на ней выявились «детские болезни».

Да и какие у нас варианты? Погнаться за журавлём и попробовать соорудить ещё более сложную машину? Чтобы и 57-мм пушка, и радар побольше, и ракеты покруче? Ну тогда оно не факт, что на шасси от С-300 и компании влезет. Отказаться от ЗРПК и сделать ставку на ЗРК вроде «Тора»? Он хорош, но для многих современных угроз не подходит. Мир снова изменился, и скоро угроза от беспилотника с бомбой будет не меньше, чем от крылатой ракеты. И «Панцирь» пусть не идеально, но противостоит и тому, и тому.

Даже утыканный ПВО «Ямато» стая американской авиации смогла уничтожить. Количество рулит (фото: Norm Siegel)
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

Понятно, что мы живём не в идеальном мире. И понятно, что экспортные продажи «Панциря» под каким угодно соусом в 90-е были фактически вопросом дальнейшего выживания для конструкторского бюро. Но сейчас на дворе без года 2020-е, и надо понимать, что ролики с горящими «панцирями» серьёзно дискредитируют не только текущие возможности по экспорту систем ПВО, но и возможные будущие контракты. «Слюшай, дарагой, зачем платить многа-многа за шайтан-арбу, который даже себя защитить не может?»

«Панцирь» хорош в объектовом ПВО — вот пусть и сидит вокруг Хмеймима и сбивает бабаевские самоделки с деталями с «Али Экспресса».
Надо стараться быстрее реагировать на новые реалии, а не продолжать дожёвывать идейное наследство советских времён.

Южнокорейский ЗРПК K30 «Biho» — один из серьёзных конкурентов «Панциря» на рынке вооружений
Антон Железняк
Антон Железняк
Эксперт по техническим и инженерным вопросам

Вернёмся к нашим баранам — к событиям в Сирии. К настоящему моменту у нас есть только лаконичный ролик, слитый в сеть израильскими военными. На нём мы видим поражение двух комплексов ПВО. Первый в дыму рассмотреть практически не получается, второй — это зенитный ракетный комплекс «Панцирь».

Удар израильтяне нанесли в ночь с 20 на 21 января 2019 года. К уничтожению сирийского ПВО они подошли серьёзно. В первый комплекс летят как минимум две ракеты, одна — с камеры которой мы видим картинку, вторая поражает комплекс за несколько секунд до подлёта. Комплекс при этом активно отстреливается. Кого именно он пытается поразить не ясно, ракеты почти сразу уходят из области видимости.

В некоторых источниках утверждалось, что первый уничтоженный комплекс — это «Печора», экспортная версия зенитного ракетного комплекса С-125 «Нева». Скорее всего, это не так — С-125 имеет более прямую траекторию полёта ракеты на начальном участке, чем те, что мы видим в ролике.

Второй поражённый комплекс — это «Панцирь», судя по всему, в небоеготовом состоянии. Радар не выдвинут и находится в походном положении, ракетные установки при этом подняты, как в боевом положении. Аутригеры (боковые упоры для устойчивости) не установлены и тоже находятся в походном положении. Что скажете, коллеги?

Юрий Кужелев
Юрий Кужелев

Всё же «Панцирь» ПВО и ПРО ближнего действия — трудяга неблагодарного зенитного дела. Ничего удивительного, что они несут потери. Ведь даже совершенный комплекс можно перегрузить стаей ракет или беспилотников. Точно так же даже лучший в мире танк можно уничтожить, если приложить должные усилия или дождаться ошибки экипажа. А хорошие ли сирийцы зенитчики — большой вопрос. Недаром уже два «Панциря» были подбиты не в боевом положении. Успел ли к нему расчёт, смог ли «Панцирь» грамотно отойти на перезарядку или, может, расчёт даже разбежался — тут точного ответа нет. Расклад точнее показала бы статистика, сколько сбитых ракет уходит на один сожжённый ЗРПК. К сожалению, нам её пока не показывают. Израиль рапортует, что все ракеты и бомбы поразили цели. Наши заявляют совсем фантастические цифры сбитых ракет. Покажет ли себя лучше тот же «Тор» в схожих условиях? Далеко не факт.

Совершенствование «Панциря» на основе сирийского опыта идёт. Одна из идей — микроракеты против беспилотников
Андрей Бекасов
Андрей Бекасов

Аргумент «арабы не вояки» всплывает не первый раз. Причём очень часто — после торжественных рапортов о том, как товарищи советники этих самых арабов выучили на «5+», а боеготовность вверенных их попечению частей лучше, чем на Родине.

Что касается статистики, оно и понятно — все военные любят докладывать о победах и потерях по принципу «пиши больше, чего их, басурман, жалеть!». Но пока в сухом остатке факт, что ВВС Израиля летают над Сирией и бомбят если не везде, где хотят, то по крайней мере, достаточно много где.

И возможно, вопрос сирийского ПВО более широкий, чем возможности «Панциря». Может, для того, чтобы на ЗРК наваливалась не стая ракет, а долетали лишь одиночные, как и положено последнему рубежу обороны, — надо что-то поменять в консерватории повыше рангом?

Hoвости СМИ2
Подписки в соцсетях