«Сломанная стрела»: 5 американцев, вызвавших огонь на себя

Огонь на себя

Во «Взводе» Оливера Стоуна капитан Харрис вызывает авиаудар на свою позицию перед лицом неминуемого поражения. Многие считают это творческим преувеличением. И вообще, «всем известно, что американцы на такое не способны. Не то, что наши чудо-богатыри! Попробовали бы они честно, а не толпой с воздуха, сразу бы разбежались!».

В некотором смысле американской военной традиции действительно не свойственно восхищение самоубийственными подвигами. «Ваша цель — не погибнуть за Родину, а заставить ваших врагов умереть за свою». К тому же, за десятилетия боёв с плохо вооружёнными, но многочисленными и отчаянными врагами в Азии — японцами, корейцами, китайцами, вьетнамцами — у американцев сложился не лучший стереотип о подобном поведении.

«Так ведут себя фанатики милитаризма и коммунизма, а не цивилизованные люди».

Отступить и сразиться при более удобном раскладе, по мнению американцев, — лучше, правильнее и рациональнее, чем погибнуть на безымянной высоте или в банзай-атаке. И вообще, Америка славна не фанатизмом, а меткой стрельбой и огневой мощью. К тому же американцы давно не сражались за свои дома. А умирать за интересы дяди Сэма за тридевять земель — дело такое.

Увы, это ничего не говорит о сравнительной смелости. Списки награждённых Медалью Почёта — высшей военной наградой США, примерно соответствующей Герою Советского Союза, — неплохо убеждают в обратном.

Медаль Почёта (фото: Myles Cullen)

Едва ли не каждый пятый или четвёртый бросился на гранату, чтобы спасти товарищей. Примерно столько же погибли, оставшись в одиночку прикрывать отступающих. Луис Сибилл, подобно Николаю Гастелло, бросил свой горящий «Мустанг» на северокорейскую колонну, спасая осаждённый Пусанский периметр. Прославленный Хайнлайном Роджер Янг погиб, как Александр Матросов: получая одну пулю за другой, он продолжал ползти навстречу пулемёту, чтобы спасти товарищей и забросать японский дот гранатами.

Примеров вызова огня на себя в американской истории не так много. Здесь играет роль и христианское мировоззрение, глубоко прошитое в наследниках тех, кто покорял Новый Свет с ружьём в одной руке и Библией в другой. Запредельный риск — это славно. Сознательное самоубийство — непростительный грех. Даже с учётом «положи душу за други своя».

Потому идея вызова огня на себя у американцев вызывает сложные чувства. Запросить Final protective fire, огонь последнего рубежа возле своих позиций — обычное дело, предусмотренное тактическими наставлениями. Дать в эфир код «Сломанная стрела», Broken Arrow, говорящий об угрозе захвата позиции врагом, и подтвердить запрос об открытия огня в опасной близости: «Roger, danger close!» — тоже частое дело. Самый известный пример — бои 1965 года в Йа Дранг.

Но есть в американской военной истории и примеры сознательного вызова огня на себя. Чаще всего к ним прибегали артиллерийские наводчики, оставшиеся на наблюдательном пункте, чтобы прикрыть отступление своих под натиском врага.

За такое принято давать Медаль Почёта. Нередко посмертно. Вот самые известные примеры таких эпизодов из разных войн и ТВД.

Джон Фокс, Италия, 1944 год

Чернокожий парень из Огайо во время учёбы в университете Уилберфорс вступил в корпус подготовки офицеров запаса. В дополнение к диплому инженера он получил патент младшего лейтенанта.

Когда США вступили во Вторую мировую, Джон Фокс попал в ряды 92-й пехотной дивизии, состоявшей главным образом из чернокожих. По традиции Гражданской войны её прозвали «солдаты Буффало». Инженерное образование и математические способности помогли ему стать отличным артиллерийским офицером.

Джон Фокс

В конце декабря 1944 года началась операция Wintergewitter — удар в западном секторе Готской линии под Гарфаньяной. Маршал Грациани и генерал фон Типпельскирх рассчитывали на внезапность, плохую погоду и то, что 92-я дивизия раздиралась расовыми противоречиями между «цветной» массой солдат и «белыми» офицерами.

Евгений Башин-РазумовскийЭксперт по историческим вопросам

Операция называлась так же, как контрудар Манштейна под Сталинградом. У немецких штабистов была не очень богатая фантазия.

Итальянские и немецкие горные стрелки сбили американцев с позиций. Лейтенант Фокс вызвался добровольцем и остался артиллерийским наблюдателем в деревне Соммоколонья, когда 75 «солдат Буффало» и 25 местных партизан отступили под натиском троекратно превосходящих сил опытных немецких горнострелков.

Восемь добровольцев-партизан, оставшихся в деревне, не смогли сдержать атаку. Альпийские стрелки из батальона «Миттенвальд» быстро приближались к центру Соммоколоньи. Фокс направлял огонь американской артиллерии со средневековой башни, замедляя наступление немцев и давая своим время на отход.

Когда немцы подошли к его башне, Фокс запросил удар по себе. Артиллеристы отказались стрелять в своего. Лейтенант попросил на линию полковника и лаконично подтвердил: «Fire it!» («Стреляйте»). На башню перевели огонь всех имевшихся батарей.

Как сказано в представлении к Медали Почёта, после отбития Соммоколоньи американцами, близ развалин башни и тела лейтенанта Фокса нашли трупы сотни немецких солдат, накрытых артиллерийским огнём.

В годы войны по расистским соображениям Медаль Почёта чернокожим военнослужащим не полагалась. Джон Фокс получил её в 1997 году одним из первых, в порядке исправления исторической несправедливости.

В 2000 году в Соммоколонье поставили монумент в память о нём и восьми итальянских партизанах, погибших при обороне деревни.

Гарлин Коннер, Франция, 1945 год

Этот разведчик из третьей пехотной дивизии армии США был известен лихим характером ещё со времени боёв в Северной Африке. Именно за это его повысили с техника-сержанта до офицерского звания младшего лейтенанта, и к моменту самого отчаянного боя он уже имел три Серебряные звезды.

Двадцать четвёртого января 1945 года американцы во французской деревушке Усен в Эльзасе попали под удар двух немецких батальонов пехоты при поддержке шестёрки «тигров». В это время Коннер должен был лежать в госпитале после недавнего ранения в бедро пулей немецкого снайпера, но он сбежал оттуда, заявив, что не собирается отлёживаться, пока его товарищи воюют с немцами.

Гарлин Коннер

Коннер вызвался наводить огонь артиллерии, поскольку из-за рельефа делать это уверенно можно было только в опасной близости от немцев.

Несмотря на ранение, он взял полевой телефон и прополз 400 метров в сторону противника среди взрывов, после чего залёг в мокрой заснеженной канаве. Из неё он три часа обеспечивал своему батальону артподдержку по противнику, раз за разом пытавшимся прорвать американскую оборону.

В последней атаке немцы подобрались к его канаве на расстояние в десять метров, после чего Гарлин запросил артиллерийский удар по себе.

Германская атака захлебнулась.

За этот бой выживший Коннер получил четвёртую серебряную звезду, третье   «Пурпурное сердце» и крест «За выдающиеся заслуги».

Лишь в 1996 году бывший «зелёный берет» Ричард Чилтон случайно узнал о его истории и 22 года боролся с армейской бюрократией, чтобы подвиг лейтенанта Коннера был удостоен высшей американской награды. Что и случилось в 2018 году по решению президента Трампа.

Вручение Медали Почёта вдове Коннера

Ли Хартелл, Корея, 1951 год

В годы Корейской войны старший лейтенант Ли Хартелл из Пенсильвании служил во 2-й пехотной дивизии, которая и по сей день базируется близ 38-й параллели.

Ранним утром 27 августа 1951 года крупные силы китайских добровольцев атаковали позиции роты «Браво» американского 9-го пехотного полка на «Кровавом хребте» под Кобансаном.

Лейтенант Хартелл с рацией занял позицию у левого фланга роты на вершине хребта и наводил огонь американских гаубиц на атакующие волны китайской пехоты. В представлении к Медали Почёта манера их наступления охарактеризована как   «банзай-атака».

Ли Хартелл в Корее

Когда волна атакующих прорвалась к американской линии, Хартелла тяжело ранило в руку, но он продолжил наводить огонь. Первую атаку отбросил огневой вал. Когда китайцы снова атаковали и всё же смяли оборону, Хартелл остался на месте. Едва лишь противник достиг его укрытия, в последнем сообщении он призвал обе батареи вести беглый огонь по его позиции.

Во многом благодаря его самопожертвованию американские позиции на «Кровавом хребте» войскам ООН удалось удержать с большими потерями для китайских добровольцев и Корейской народной армии.

Билл Карпентер, Вьетнам, 1966 год

В 1966 году капитан Карпентер из Пенсильвании командовал ротой «Чарли» 502-го полка 101-й воздушно-десантной дивизии под Контумом. Они шли на подмогу угодившему в переделку десантному батальону той же дивизии, но сами попали в окружение: по американским данным, роту атаковало до полка северовьетнамских войск.

Вьетнамцы использовали тактику, названную американцами «медвежьими объятиями»: скрытый подход и рывок на минимальную дистанцию 20-30 метров, чтобы американцы не смогли воспользоваться артподдержкой или авиаударом без риска поражения своих.

Билл Карпентер во Вьетнаме

Число убитых и раненых десантников стало расти угрожающими темпами. За пару секунд третий взвод лишился обоих командиров: лейтенанту Бейкеру снесло голову из пулемёта, а сержанта Ханну разорвало взрывом пополам. Через некоторое время оставшийся неизвестным боец доложил, что остался один из взвода, после чего связь оборвалась. Следом командир первого взвода рапортовал, что их прижали и держат плотным огнём. Стало ясно, что окружённая рота скоро погибнет.

Осознав масштаб катастрофы, прижатый перекрёстным огнём капитан Карпентер по рации вызвал удар на себя: «Нас смяли, они прямо среди нас, мне нужен авиаудар прямо по моей позиции!».

На том конце ошеломлённый командир батальона полковник Эмерсон пробормотал, что, если Карпентер выживет, он представит его к Медали Почёта.

Карпентер ответил непечатно. Через пару минут патрульный   «Фантом» отработал напалмом. Прямо над позицией смятой роты в верхушках деревьев небо вспыхнуло раскалённым оранжевым шаром. Лишь чудом бо́льшая часть зажигательной смеси ушла в сторону атакующих. Ожоги напалмом получили только несколько американцев.

Вьетнамцы в шоке отступили. Десантники смогли перегруппироваться и создать оборонительный периметр, после чего дело пошло лучше. Через двое суток коллеги из рот «Альфа» и «Браво» того же батальона 2/205 сумели вытащить «Чарли» из передряги. Всего рота потеряла 12 человек погибшими и 35 ранеными.

После боя в американской армии началась бурная дискуссия, имел ли право Карпентер вызывать огонь не только на себя, но и на своих людей. Ведь в других случаях вызова огня на себя речь почти всегда шла об артнаводчиках, которые рисковали лишь своей жизнью. Одни считали Карпентера героем, принявшим единственно верное решение и спасшим жизни своих людей, другие полагали это недопустимым риском даже для отмороженной «десантуры».

Полковник Эмерсон так и не смог выполнить своё обещание: за этот бой Карпентер получил лишь крест «За выдающиеся заслуги» — вторую по значимости награду американской армии.

Награждение капитана Карпентера

Вызов капитаном Харрисом напалма на свою позицию в драматическом фильме «Взвод» явно отсылает именно к этому эпизоду.

Брайан Такер, Вьетнам, 1971 год

Ещё один уроженец Огайо, артиллерист. Он руководил отрядом американских артиллеристских наводчиков на базе огневой поддержке номер шесть на высоте 1001 близ всё того же Контума. Большая часть личного состава базы к тому времени была представлена солдатами армии Южного Вьетнама.

На рассвете 31 марта 1971 года шестая база огневой поддержки подверглась внезапной атаке 66-го полка северовьетнамской армии. Северяне с помощью массированного применения гранатомётов и огнемётов быстро прорвали оборонительный периметр базы и ворвались на позиции. Дело дошло до рукопашных схваток.

Брайан Такер

Лейтенант Такер с наблюдательной позиции четыре часа направлял огонь соседней пятой базы огневой поддержки и авиаудары в опасной близости от себя. Впрочем, это не помогло: перевес в силах был слишком явным — американская огневая мощь оказалась не способной остановить атаки северян. Два «ирокеза», отправленных для эвакуации команды американских наблюдателей, были сбиты.

Когда падение базы стало неизбежным, Такер приказал своим людям отступать, а сам остался на базе прикрывать их отход. Когда северяне ворвались на позицию, он вызвал огонь на себя.

Он получил ранение, но сумел выжить и восемь дней скрывался от патрулей Вьетнамской народной армии в бамбуковых зарослях у базы, пока её не удалось отбить АРВ.

Национальная гордость

Национальная гордость — явление естественное и полезное, если она остаётся в здравых пределах.

Когда свой народ считают средоточием героизма, а вероятных противников — сборищем ничтожных трусов, начинаются проблемы.

Немцы полагали, что славянские «недочеловеки» разбегутся в ужасе от доблестных рыцарей германской расы. Закончилось всё на руинах Берлина. Впрочем, некоторые мемуаристы так ничего и не поняли, сочиняя опусы, где каждый «Тигр» уничтожил по советской танковой армии.

Британцы полагали, что один природный бритт стоит как минимум десятка «азиатских макак». Взятие неприступного Сингапура меньшими силами, чем его гарнизон, заставило несколько пересмотреть расистскую надменность.

Японцы были уверены, что непревзойдённый дух Ямато сломит любую сталь и все технические ухищрения длинноносых гайдзинов. Прозрение пришло только на радиоактивном пепле Хиросимы и Нагасаки и под гусеницами рвущихся к Харбину советских танковых дивизий.

Американцы верили, что техническая мощь и доблесть англосаксонских сынов «земли свободы» сокрушит «коммунистические орды азиатов». Корея и особенно Вьетнам стали болезненными ударами по этим представлениям. Да и масштабов японской атаки 41-го никто в здравом уме не ожидал.

Русским пришлось пережить не самые приятные уроки в лице всё тех же японцев, а также поляков, финнов, афганцев.

Шапкозакидательство и презрение к противнику обычно оказываются выгодны только этому самому противнику. Понимание того, что «ничтожный» враг вовсе не собирается паниковать, убегать и сдаваться перед «отважными героями нашей великой нации», а дерётся смело и самоотверженно, слишком часто наступает слишком поздно.

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.

Комментарии 0
Оцените статью
WARHEAD.SU
Добавить комментарий