Люди собирают самые разные коллекции — кто-то оружие, кто-то редкие карты, а наш автор Михаил Котов коллекционирует космодромы. На Байконуре он был, «Морской старт» навещал, теперь настала очередь самого молодого российского космодрома — Восточного.
Дорога на космодром
Мы объехали Благовещенск, не въезжая в сам город. Удивительно, но я понял, что практически ничего не знаю об этом городе и, пока автобус петлял мимо загородной застройки, я читал «Википедию» и боролся со сном после посещения «Морского старта» и уже двух с лишним суток поездки. Дороги в Амурской области хорошие, на больших трассах есть освещение, кое-где идёт строительство, поэтому микроавтобус глотает десятки километров, а ты смотришь на пейзаж, который то удивительно похож на привычный, то вообще напоминает едва ли не саванну (автор не виноват, ему действительно напоминает).
Космодром находится достаточно далеко от Благовещенска — три с лишним часа езды. В целом космодром расположен достаточно компактно, в отличие от Байконура. Причина понятна: Байконур во время своего создания был во многом военным объектом и строился с расчётом на возможное выживание после ядерного удара предполагаемого противника. Здесь же практически всё рядом, не требуются длинные, почти часовые переезды с одного объекта на другой.
В административном центре нас напоили чаем и проверили, насколько точно мы внесли фотоаппараты и мобильные в список разрешённых для съёмки гаджетов. Я уже приготовился к привычному по Байконуру «это снимать нельзя, туда поворачиваться не стоит», но нам очень повезло. На самом деле разрешили снимать практически всё, кроме двух комнат на командно-измерительном пункте «Восточный», где как раз работали военные. В остальном если что-то интересное не попало в мой объектив, то это уже только моя вина, — снимать можно было свободно.
От «Ангары» до «Союза»
Административное здание было на въезде, как раз там нас напоили чаем с пирожками. К этому времени мой организм уже вообще не понимал, что это за приём пищи такой, а потому запихивать в него еду приходилось силой.
Следом доехали до командно-измерительного пункта «Восточный», ощетинившегося в небо антеннами и радарами для приёма данных со спутников. Именно здесь принимают телеметрию со взлетающих ракет и находящихся на орбите космических аппаратов. Здание новое, аккуратное, везде чистота и красота. Радарные комплексы тоже разрешили фотографировать и отдельно сказали, что в настоящее время они неактивны, а потому опасаться за здоровье не стоит. Мне кажется, такие предупреждения в случае журналистов и блогеров почти бесполезны.
Ради картинки и хорошего кадра каждый готов залезть даже туда, где фонит и опасно.
Вернулись обратно к административному зданию и поехали на площадку для хранения будущего стартового стола и башни обслуживания «Ангары». Там, прямо под открытым небом, лежат недавно пришедшие по Серверному морскому пути детали этих комплексов. Со стороны это больше всего похоже на огромный, жутко сложный конструктор, аккуратно разложенный перед началом сборки. Есть и огромный отапливаемый ангар для хранения более нежных деталей. Если верить графику прихода отдельных частей от разных производителей, то сроки соблюдаются, кое-какие части начали поступать даже раньше — по графику их должны были доставить лишь в 2021 году.
Затем нас отвезли на строительную площадку будущего стартового комплекса «Ангары». Немного напрягали взятые с собой в микроавтобус пара десятков резиновых сапог, но обошлось. Стояла отличная погода, стройка была сухой и чистой — снимай не хочу. В настоящее время ведутся бетонные работы по подготовке нижних технических этажей стартового комплекса, куда установят различное оборудование, также строится и командный пункт. Скоро уже начнётся установка стартового стола и сборка башни обслуживания. По идее, первый старт «Ангары» состоится в 2023 году.
Рядом идёт мощное строительство заправочной инфраструктуры. Отдельные станции для хранения и заправки ракеты кислородом, нафтилом, подачи сжатого воздуха. Тут же и строительство водородной заправочной станции, её решили сразу делать. Вообще, водородная ступень для «Ангары» — проект часто критикуемый и в целом достаточно спорный. Но раз уж строят инфраструктуру, значит, и сама водородная ступень будет.
Строительство ведётся как будто на века, арматура мощная, частая, вяжут её очень плотно. Соединения прутков не сваривают, а ставят на муфты, обеспечивающие бо́льшую прочность.
Смотришь и офигеваешь от масштабов!
Работа кипит, рядом постоянно снуют строители: стоишь, снимаешь и чувствуешь себя тем самым пятым колесом.
После стройки мы поехали смотреть первую очередь «Восточного» — пусковой комплекс для ракет-носителей «Союз-2». Он рядом, буквально в паре километров от площадки «Ангары». После Байконура это очень непривычно, — там разные пусковые площадки зачастую разнесены друг от друга на десятки километров. Тут же всё рядом, вместе.
Мобильная башня обслуживания на огромных рельсах — это, конечно, поразительное зрелище. Ты поднимаешься на лифте на высоту двенадцатиэтажного здания и находишься внутри сооружения, которое умеет ездить. Голова не понимает, как это возможно, просто стоишь и смотришь по сторонам. Хотелось бы, конечно, увидеть, как незадолго до старта башня плавно и постепенно отходит от ракеты примерно на сто метров, оставляя ракету-носитель готовой к запуску. Скорость движения башни — 12 метров в минуту.
Отдельно порадовал аварийный спуск для работников в случае пожара. Это отверстие и примерно пятьдесят метров шланга, ведущего вниз, к спасению, если лифт недоступен. Я рвался попробовать спуститься, но, увы, не пустили. Нужна нормальная одежда — в футболке сожжёшь все локти, которыми придётся тормозить при спуске. Очень жаль.
Мы посетили командный пункт, с которого отдаются команды на пуск ракеты-носителя. Бронированные двери на входе, специальные компрессоры, обеспечивающие внутри здания избыточное давление для безопасности персонала. Внутри жарко, мониторы, операторы. Как раз проходил тестовый прогон запуска. Операторы — парни и девушки, все достаточно молодые. Как нам сказали, у группы, обеспечивающей запуск ракет на Восточном (а это и операторы, и техники, и группа прицеливания, и ещё множество самых разных специалистов), средний возраст — 36 лет.
Грустно подумалось, что даже я старше. Зато я потрогал тот самый «ключ на старт»: по традиции он выполнен в физическом виде — ракета запускается поворотом ключа. Я только потрогал, честно, и то очень аккуратно.
УТК на грани фантастики
Следом гордость Восточного — унифицированный технический комплекс (УТК): место, где ракеты и полезную нагрузку собирают в единое целое. Это целая система зданий. В неё входят два монтажно-испытательных комплекса (МИК): один для ракет, а второй для космических аппаратов и разгонных блоков — склад, куда составляющие привозят по железной дороге, и огромная трансбордерная галерея, соединяющая эти здания. По галерее ездит трансбордер — платформа размером с железнодорожную, которая движется не вдоль, а поперёк. Она нежно, словно мать спящего младенца, идеально точно, без рывков и дёрганий перевозит компоненты из склада в МИК и обратно.
После Байконура УТК Восточного смотрится словно какое-то чудо. Огромные помещения с высоким классом чистоты, работники в халатах. Больше всего это похоже на декорации к научно-фантастическому фильму. Чтобы понимать размеры: в одном из МИКов аккуратно, по углам лежали пять ракет «Союз» и казались совсем-совсем небольшими.
Прямо как в анекдоте про дом нового русского, где в углу комнаты стоит аквариум с бегемотом.
Тут места гораздо больше.
Но чтобы не показалось, будто всё прекрасно, давайте немного поговорим о грустном. К настоящему времени Восточный недозагружен запусками. С 2016 года здесь провели всего пять пусков, это обидно и очень мало. Должны были сделать несколько пусков в этом году для проекта One Web, но из-за коронавируса и проблем самой One Web их отложили. Кстати, именно этих запусков и дожидаются ракеты-носители «Союз».
Если у «Роскосмоса» получится загрузить «Восточный» запусками, это будет очень здорово. Видны гигантские объёмы проделанной работы — мощнейший комплекс — и будет очень обидно, если он так и продолжит больше ждать запусков, чем реально работать.
Да, я очень хорошо знаю, что у «Роскосмоса» огромное количество нерешённых проблем. Но у меня давнее и чёткое правило: ругаешь за плохое — хвали за хорошее. И я не могу не похвалить Восточный — современный, масштабный и классный комплекс, где работают сотни специалистов, любящих космос и свою работу. А это дорогого стоит.
