Разрешалось одно письмо в месяц: что пленные немцы писали домой
Советский плен для солдат и офицеров вермахта стал ужасной реальностью с 1942 года. В первый год войны в плен в основном попадали красноармейцы. После Сталинградской битвы число немецких военнопленных возросло до сотен тысяч. После завершения Великой Отечественной войны труд военнопленных активно использовался для восстановления экономики СССР. Таким образом, некоторые провели вдали от родины не один год. Единственной связью, которая объединяла бывших солдат вермахта с их семьями, была почта.
Связь с внешним миром
В июле 1945 года НКВД СССР издал указ, регулирующий переписку военнопленных. Им разрешалось отправлять одно письмо в месяц. Эта квота могла быть увеличена до двух писем для «передовиков производства» или осведомителей, сотрудничавших с оперативными службами.
Вся почтовая корреспонденция проходила через Центральное справочное бюро и обязательную цензуру спецотделов госбезопасности. Оттуда письма направлялись в общества Красного Креста разных стран, а затем — непосредственно адресату. В письмах строго запрещалось указывать местоположение лагеря, характер работ, сообщать о болезнях или смертях соседей по заключению. Разрешенными темами были здоровье, условия жизни и политические настроения.
Как указывает историк С.С. Букин, изначально разрешение на написание писем вызвало у военнопленных недоверие — многие подозревали, что это способ узнать адреса их родственников. Однако стремление установить связь с домом оказалось сильнее, и вскоре подавляющее большинство узников воспользовалось этой возможностью. Ответ из дома становился в таких условиях настоящим праздником, значительно улучшая моральное состояние пленных.
Содержание писем
Анализ почтовой переписки, как показывает работа историка А.Д. Абросимова, демонстрирует ее высокую активность. Только за последний квартал 1947 года из одного лагеря было отправлено более 26 тысяч писем, а получено около 19 тысяч.
В личной переписке преобладали повседневные темы: поздравления с Рождеством, Пасхой и другими праздниками, рассказы о здоровье и надежды на скорое возвращение. Унтер-офицер Герхард Беккер, например, завидовал брату, который уже вернулся из американского плена, и сообщал, что работает на «прожекторном заводе».
Политические настроения в лагерях были разнообразными. Офицеры часто выражали пессимизм относительно своего скорого освобождения. Тем не менее, некоторые все же начинали изучать английский в надежде на скорое «освобождение Западом». В письмах некоторые заключенные высказывались откровенно антисоветски. Впрочем, встречались и те, кто был абсолютно лоялен к советской власти и условиям содержания. Более того, многие военнопленные выражали признательность советскому правительству за то, что им сохранили жизнь. Другие же предсказывали скорое падение СССР под натиском капиталистических стран, обладающих атомным оружием.
В обход цензуры
Несмотря на запреты, некоторые военнопленные пытались сообщить свое месторасположение и рассказать о реальных условиях содержания. Так, цензура фиксировала жалобы на недостаточное питание, при этом авторы писем иногда значительно преуменьшали свой паек, прося выслать деньги на «хотя бы 100 граммов хлеба».
Но в целом большинство, понимая, что письмо может быть единственной весточкой для также скучающей и страдающей семьи, старались писать в оптимистичном ключе. Они сообщали, что «холода миновали», рассказывали о новшествах, упоминали, что в лагерных ларьках даже есть пиво и бутерброды с колбасой, а также описывали досуг — чтение и просмотр кинофильмов. Некоторые прямо заявляли, что условия их жизни лучше, чем у многих в послевоенной Германии.
Письма из Германии
Следует отметить, что цензура действовала в обе стороны. К заключенным не доходили письма из Германии, в которых рассказывалось о бедственном положении населения, хаосе и голоде. Иногда же приходила откровенная пропаганда: например, бывшие пленные, оказавшиеся в американской зоне, описывали преимущества жизни на Западе и «ужасы» советской зоны. Такие послания тоже обычно не доходили до адресатов. Встречались и письма, в которых авторы обвиняли западные власти в поддержке бывших нацистов и спекулянтов. Такой взгляд на вещи советской цензуре был более понятен.
Долгая дорога домой
Репатриация военнопленных была длительным и поэтапным процессом. Первыми на родину отправляли инвалидов и тяжело больных. Массовое возвращение здоровых немцев началось лишь в 1948 году, а последние лагеря под Новосибирском закрылись в 1949 году. Однако тысячи военнопленных других национальностей оставались в СССР до середины 1950-х годов.
Некоторые, получив свободу, остались в СССР, создавали здесь новые семьи и принимали
Фото: russian7.ru
