Почему у моряка должен быть кортик
Кортик в нашем восприятии неразрывно связан с морской формой. Однако его история значительно более разнообразна: от абордажных сражений до символа государственной власти, от наградного оружия до дипломатического жеста, который определял облик вражеских флотов.
Рождение в огне абордажа
Кортик появился в эпоху интенсивных абордажных боев XVI-XVII веков. В условиях ограниченного пространства корабельных палуб и трюмов длинные шпаги и палаши оказались неэффективными. Потребовалось универсальное, компактное и смертоносное оружие.
Первые западноевропейские кортики были довольно внушительными — до 80 см в длину — и позволяли осуществлять как колющие, так и рубящие удары. Со временем, с отменой абордажной тактики, они стали короче и превратились в элемент парадной формы, но не потеряли своего боевого очарования.
Русский путь
В России кортики известны с XVIII века. Однако абордажные сражения и соответственно использование кортиков в русском флоте могли иметь место в Северной войне, где зафиксировано четыре водных боя (из них два на море), когда происходили значительные абордажные схватки. Стоит отметить, что кортики были у моряков, а основную ударную силу русских абордажников составляли пехотные части, которые в пути сидели на веслах галер, а в бою использовали привычные пехотные вооружения. Поэтому говорить о резне на палубе корабля, где русские моряки массово применяли кортики, не приходится. В XVIII веке кортики также принимаются на вооружение русской пехоты. Сначала в 1730 году кортик заменил длинную шпагу у нестроевых, а в 1773 году был принят в качестве холодного оружия унтер-офицеров егерей. В ближнем бою кортик насаживался на ствол штуцера, выполняя тем самым роль клинкового штыка. Однако данное нововведение продержалось недолго. Штуцеры, как правило, имели клинковый штык, но не соответствующий форме кортика.
Анненские и георгиевские кортики
Кортик мог служить наградным Георгиевским или Анненским оружием. Четвертая степень ордена Св. Анны была исключительно боевой наградой и часто вручалась за ранения. Носили ее на эфесе холодного оружия. Более высокой наградой считалось Георгиевское оружие. Оно имело более низкий статус, чем орден Св. Георгия, однако вручалось только за военный подвиг.
Последний хан Хорезма: почему он работал ночным сторожем в Кривом Роге
Традиция награждения Георгиевским оружием восходит к русско-шведской войне 1788-1790 годов. Хотя это оружие и именовалось «золотым», на самом деле позолоченным был лишь эфес. Примечательно, что награжденный сам заказывал себе кортик (как и любое другое Георгиевское оружие) за собственный счет, получая при награждении лишь соответствующий документ.
По желанию награжденного он мог получить георгиевский кортик своего предка (если тот уже был награжден). Были случаи, когда офицеры корабля дарили награжденному сослуживцу или командиру в знак особого уважения заказанный на общие средства георгиевский кортик.
Среди сохранившихся в музейных коллекциях георгиевских кортиков находится наградное оружие вице-адмирала Кербера, который был отмечен георгиевским оружием за кампанию 1914 года. В период Русско-японской войны он был старшим офицером крейсера «Богатырь», а затем на флагманском «России». Эти корабли входили в состав Владивостокского отряда крейсеров, более известного как «эскадра невидимка». В годы Первой мировой войны Кербер занимал должность начальника штаба командующего силами Балтийского флота. Умер Кербер в 1919 году в Лондоне. Сегодня его георгиевский кортик выставлен в Центральном музее Вооруженных Сил в Москве.
«Булатный патриарх»
В эпоху Петра I на кортик, по Регламенту, члены Синода присягали, так же как и все чиновники, на верность царю и обязывались «в мирские дела и
Фото: russian7.ru
