
Увлечение Леонида Брежнева огнестрельным оружием стало настоящей легендой — его личная коллекция, состоящая из 11 пистолетов и 13 ружей, превзошла запасы всех предыдущих советских лидеров. Но немногие знают, что свою первую борьбу за право владеть оружием молодой Брежнев провел не на фронте, а в мирное время, бросив вызов могущественному ГПУ.
Землемер с «Браунингом»
В 1927 году 21-летний Леонид Брежнев, выпускник курского землеустроительного техникума, трудился землемером в селе Теребрено, расположенном в Белгородской области. Эта работа была небезопасной — перераспределение земли вызывало острые конфликты среди крестьян. Брежнев впоследствии вспоминал, что его деятельность была «сопровождена всевозможными скандалами», и разгневанные крестьяне могли легко угрожать ему.
Во время одной из поездок в Курск молодой специалист, будучи комсомольцем, приобрел пистолет системы «Браунинг» для своей защиты. На это оружие, вероятно, он копил не один месяц из своего скромного дохода.
Роковой визит чекиста
Позднее Брежнев обратился в волостной партком с просьбой о получении разрешения на ношение оружия. Однако 15 августа 1927 года к нему пришел агент ГПУ по фамилии Климов. Этот силовик конфисковал пистолет, обещая через три дня вызвать владельца для оформления разрешения. Но это обещание оказалось пустым — Брежнев так и не получил вызова.
«Банные девы»: чем они занимались в русской парной
От секретаря комсомольской ячейки землемер позже узнал, что чекист просто присвоил конфискованное оружие и хвастался «Браунингом» перед своими товарищами.
Бунт против системы
Возмущенный Брежнев решил добиться справедливости. Можно предположить, что на приобретение пистолета он откладывал деньги длительное время с небольшого жалования землемера. Через две недели после происшествия Брежнев обратился в волостной комитет ВКП(б) при Краснояружском волисполкоме с просьбой о возврате «Браунинга» у Климова.
«Получается, что товарищ Климов прекратил дальнейший ход этого дела и считает вопрос закрытым», — выражал недовольство автор документа.
Поскольку разрешение на ношение оружия у комсомольца еще не было, он предложил работникам волисполкома временно оставить пистолет у себя на хранение. Леонид Брежнев не испугался выступить против представителя власти, хотя споры с агентом ГПУ могли иметь разные последствия. В начале советской эпохи людей обвиняли в «контрреволюционной деятельности» даже по незначительным причинам. Тем не менее, Брежнев явно не боялся возможных последствий. Или же он получил предупреждение от кого-то из партии, что такое заявление не представляет опасности (например, если Климов был не на хорошей ноге у властей). В конечном итоге эта история завершилась для среднего специалиста сельского хозяйства довольно благоприятно. По крайней мере, Брежнев не был арестован. Вернули ли ему пистолет, и понес ли наказание ГПУшник Климов, остается неизвестным.







