Муром-61: как пьяный фрезеровщик спровоцировал крах хрущевской «оттепели»
Лето 1961 года должно было стать символом хрущёвской «оттепели». Однако цепочка событий в спокойном городе Муроме обернулась кровавым восстанием, продемонстрировавшим, что за внешним благополучием СССР скрывается глубокое народное недовольство, способное выплеснуться в любой момент.
Смерть в десятой камере
Вечером 26 июня старший мастер завода им. Орджоникидзе Юрий Костиков, получив зарплату, решил добраться до дома на попутном грузовике. Неудачно запрыгнув, он упал и получил травмы. Историк Владимир Козлов в книге «Неизвестный СССР» рассказывает, что произошло позже: начальник горотдела милиции Павлов, пытаясь привести мужчину в чувства, столкнулся с грубой бранью в свой адрес.
Это стоило Костикову жизни. Раздосадованный Павлов отдал приказ подчиненным «наказать» хулигана. В десятой камере его избили до такой степени, что к утру 25-летний мастер скончался от черепно-мозговой травмы на пороге больницы. Его жена нашла его во дворе райотдела с лицом, превратившимся в кровавую маску.
Народный суд
Смерть коллеги сильно потрясла рабочих на заводе, где трудился Костиков. Они не поверили официальному заключению и потребовали независимого расследования. Когда прокурор проигнорировал их требования, стихийный митинг перерос в шествие.
Киевская Русь: почему государства с таким названием никогда не существовало
Последней каплей, как отмечает писатель Лев Усыскин в своём эссе «Муром-1961», стала странная инициатива дружинников, начавших без причины стаскивать гроб с транспорта. Увидевшая это мать Костикова закричала… И сразу, как по команде, в окна милиции полетели камни, а сами милиционеры бросились наутёк. На перевёрнутый толпой милицейский автомобиль влез рецидивист Сергей Денисов, порвал рубаху и стал всем показывать следы побоев, якобы полученных в милиции (на самом деле, его побил родной брат). Надрываясь, Денисов кричал, что чудом остался жив, а Костикову это не удалось. После этих слов толпа с криками «Бей фашистов!» ринулась на штурм отдела милиции и местного КГБ.
Клочки по закоулочкам
Здание было подожжено с нескольких сторон. Заключённых в КПЗ муромчан люди выводили почти насильно: ничего не знавшие о бунте нарушители не желали подвергаться риску случайной пули. Однако выстрелов почти не было — милиционеров быстро смяли. Инициативу захватили бывшие уголовники. Они методично искали укромные места и вскрывали сейфы в поисках уголовных дел и оружия, бумаги немедленно сжигали, а оружие передавали своим сообщникам в толпу.
Журналисты Александр Сухарев и Юрий Шаталов в своём документальном расследовании «Жаркое лето 61-го в Муроме» отмечают трогательную деталь: бюсты Дзержинского и Ленина погромщики аккуратно складывали в сторонку, чтобы ненароком не повредить. На площади в это время избивали милиционеров, которые не успели скрыться. Погром продолжался до ночи, пока глава облисполкома Тихон Сушков не вызвал из Владимира роту курсантов школы МВД, которые разогнали толпу. Силами заводчан и курсантов здание милиции было полностью восстановлено к утру, но ни один из 68 пропавших из отдела «ТТ» так и не вернулся. Сотни документов, включая агентурную информацию и уголовные дела, исчезли без следа.
Кровавая эстафета
Когда власти пришли в себя, они начали закручивать гайки, была дана неофициальная команда провести расследование как можно быстрее, но уже 23 июля, ещё до завершения следствия в Муроме, новое восстание вспыхнуло в «столице 101-го километра» городе Александрове.
Что стало с женой и детьми Василия
Фото: russian7.ru