Почему Гагарину во время полета не предоставили доступ к пульту управления космическим кораблем
12 апреля 1961 года Юрий Гагарин осуществил первый космический полет, который стал выдающимся достижением советской науки. Однако в тот момент речь шла не только о престижном «первенстве» в космосе, но и о безопасности жизни человека. В данной ситуации главные конструкторы под руководством Сергея Королева приняли парадоксальное, но обоснованное необходимостью безопасности решение: лишить первого космонавта непосредственного доступа к управлению кораблем.
Основной риск
К 1961 году исследователи располагали данными о физиологических реакциях на невесомость, полученными в ходе полетов животных. Однако как орбитальный полет повлияет на человеческую психику, оставалось неясным. Существовали серьезные теоретические опасения, которые в наше время могут показаться фантастическими. Во-первых, существовал страх, что человеческий мозг не выдержит совершенно новых условий — невесомости, вида Земли из космоса, изоляции — и может временно (или даже навсегда) «отключиться». В случае такого помутнения сознания космонавт, имеющий доступ к системам управления, мог случайно или намеренно причинить себе вред и сорвать миссию. Именно поэтому «Восток-1» проектировался и создавался как полностью автоматизированный аппарат. Роль Гагарина изначально заключалась в том, чтобы быть пассажиром-наблюдателем, а не пилотом.
Система «защиты от космонавта»
Конструкторы разработали многоуровневую систему безопасности, которая должна была сработать в случае неадекватного поведения человека на борту. Пульт, позволяющий взять управление на себя (например, для ориентации корабля перед посадкой в случае сбоя автоматики), был заблокирован цифровым кодом. Код «125» был помещен в запечатанный конверт, приклеенный к внутренней обшивке корабля. Сама процедура — найти, вскрыть и ввести код — служила тестом на адекватность. Если космонавт способен ее выполнить, значит, он в здравом уме и ему можно доверить управление. На случай, если Гагарин проявлял бы признаки паники или агрессии, были предусмотрены дистанционные меры: блокировка связи, автоматическая фиксация его в кресле и принудительное закрытие гермошлема скафандра.
Интересно, что по некоторым сведениям, Гагарин знал код и до полета, но формальный ритуал с конвертом сохранялся как последний психологический барьер.
Опыт последующих полетов
Опасения конструкторов не были безосновательными. Хотя Гагарин перенес полет без проблем, в дальнейшей истории космонавтики были зафиксированы необычные психофизиологические явления:
- Яркие галлюцинации и сны. Некоторые космонавты сообщали о ярких сновидениях, в которых они «превращались» в других существ или переносились на другие планеты.
- Искажение восприятия времени. Субъективная длительность этих состояний могла составлять часы, в то время как по бортовому времени проходили минуты.
- Необъяснимые слуховые явления. В состоянии покоя космонавты могли слышать музыку, шум воды или другие звуки, не имеющие внешнего источника.
Современная медицина объясняет эти явления комплексным воздействием невесомости, сенсорной депривации, радиации и мощных магнитных полей. В NASA, например, до сих пор разрабатывают протоколы на случай острого психического расстройства у астронавта, включая применение транквилизаторов и мер физического ограничения.
Таким образом, решение заблокировать управление для Гагарина было не проявлением недоверия к герою-космонавту, а строго прагматичным шагом, основанным на принципе «не навреди». В следующем полете Германа Титова мера с конвертом сохранялась, но вскоре, по мере накопления опыта, космонавты получили прямой и полный доступ к управлению своими кораблями.
Фото: russian7.ru
