Почему всего 10 тысяч из 400 тысяч солдат Наполеона вернулись из России
После поражения в русской кампании 1812 года остатки Великой армии Наполеона разбросало по бескрайним просторам России. Хотя часть выживших солдат смогла вернуться домой, десятки тысяч остались навсегда в стране, которую они пришли покорять.
Цифры и судьбы
Масштабы трагедии ярко отображены в известной диаграмме французского инженера Шарля-Жозефа Минара. По его данным, из 422 тысяч солдат, пересекших Неман, обратно вернулось лишь 10 тысяч. Учитывая пополнения, общая численность наполеоновских войск в России составляла 600 тысяч человек. По современным оценкам, границу в обратном направлении пересекли не более 50 тысяч.
Что же произошло с остальными? Около 150 тысяч погибли в боях, но судьба примерно 400 тысяч солдат сложилась иначе. Историк Владлен Сироткин предполагает, что в плен попали 200 тысяч человек. Многие из них не выжили в условиях голода, эпидемий и холода. Тем не менее к 1814 году в России оставалось около 100 тысяч бывших солдат противника, из которых 60 тысяч (в основном французы) приняли российское подданство.
Интересно, что когда французский король Людовик XVIII обратился к Александру I с просьбой содействовать в возвращении своих соотечественников, русское правительство не стало принуждать бывших солдат к отъезду.
Французский след в русской истории
Следы пребывания наполеоновских солдат остались по всей России. В Москве и в наши дни живут потомки тех, кто когда-то остался здесь — семьи Ауцев, Юнкеровых, Жандров, Бушеневых.
Но особое внимание следует уделить Челябинской области. Почему? Об этом будет рассказано позже.
В первой половине XIX века на окраине Самары существовал топоним «Французова Мельница». Это доказывает, что на мельнице, некогда действовавшей, трудились пленные французы.
«С лёгким паром!»: что на самом деле означает это пожелание у русских
А в современном Сыктывкаре (прежде Усть-Сысольск Вологодской губернии) есть пригород с названием Париж. По легенде, его основание также связано с пленными французами.
Французы оставили свой след и в русском языке. Голодные и замерзшие наполеоновские солдаты, прося у русских крестьян еды и крова, часто обращались к ним с «cher ami» («дорогой друг»). Когда им нужна была лошадь, они произносили это слово на своем языке — «cheval». Так наш язык обогатился жаргонными словами — «шаромыжник» и «шваль».
Известный русский экономист, сын смоленского помещика Юрий Арнольд оставил воспоминания, в которых рассказывал о наполеоновском солдате по фамилии Гражан, ставшем его наставником. Мальчик был в восторге от «дядьки», который научил его разводить костер, ставить палатку, стрелять и барабанить. В 1818 году родители отправили сына в Московский дворянский пансион. Педагоги были в шоке. Не столько от свободного владения Юрием французским языком, сколько от жаргонных фраз, которыми «сыпал» подросток: «Жрать, засранцы!» или «Ползет, как беременная вошь по дерьму», – так они звучат в переводе на русский.
