«Стремглав убегал»: чем Ленин разочаровал Сталина при первой встрече
История взаимодействия двух значимых фигур России XX века — Владимира Ленина и Иосифа Сталина — началась задолго до их личной встречи. В переписке будущие революционеры выражали восхищение друг к другу. Однако личная встреча оказалась менее комплементарной, особенно для Сталина.
«Горный орел» революции
До их первой встречи молодой революционер Иосиф Джугашвили (Сталин), находясь в сибирской ссылке, усердно изучал труды Ленина. Владимир Ильич воспринимался им не просто как лидер, а как реальный создатель партии, который единственный понимал ее суть и потребности. В своих записях Сталин сравнивал Ленина с «горным орлом», смело ведущим партию по неизведанным маршрутам русской революции.
Своими впечатлениями Сталин поделился с товарищем, и эти заметки неожиданно оказались у самого Ленина. Владимир Ильич ответил благодарственным письмом, в котором кратко изложил ошибки партии и планы на следующий год. Соблюдая конспирацию, Сталин сжег это письмо, о чем впоследствии сильно сожалел.
Судьбоносная встреча
Их первая личная встреча состоялась в декабре 1905 года в финском городе Таммерфорсе (ныне Тампере) на конференции Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). Молодой делегат от Тифлиса направлялся на встречу с кумиром с большим ожиданием. Однако его ожидания не сбылись. Вместо величественного «богатыря» и «великана», каким Сталин представлял будущего вождя революции, перед ним предстал невысокий, скромный человек с залысинами. Поведение Ленина также разочаровало: он не заставил делегатов ждать своего появления, а пришел раньше многих и тихо беседовал в углу зала.
«Я понял, что эта простота и скромность Ленина, это стремление оставаться незаметным… — эта черта является одной из самых сильных его сторон как нового вождя новых масс», — так позже пересмотрит свои первые впечатления Сталин.
Идеолог, но не боец
Тем не менее, этот неожиданный контраст между пламенным образом из текстов и осторожной личностью в жизни отмечали и другие современники. Публицист Николай Валентинов писал, что Ленин, чье перо «дышало ненавистью к трусости», сам избегал прямой физической опасности. По словам Валентинова, Ленин руководствовался принципом «уходить подобру-поздорову» от любой угрозы и даже спешно покидал собрания, если там появлялась угроза драки. Исторический итог показал стратегическую правоту такой позиции. Именно Ленину-идеологу, а не многим отважным бойцам, было суждено стать творцом Октябрьской революции.
От союзничества к политическому завещанию
Следует отметить, что Ленин также относился к Сталину с определенной настороженностью. Он увидел в молодом Джугашвили настоящего революционера, но слишком горячего, способного «наломать дров». Впрочем, впоследствии эта настороженность исчезла, и Ленин не раз способствовал продвижению Сталина. Именно при поддержке Владимира Ильича в апреле 1922 года Иосиф Виссарионович был избран Генеральным секретарем ЦК РКП(б). Однако к концу года отношение Ленина изменилось.
В декабре 1922 года, находясь в тяжелом состоянии, Ленин продиктовал так называемое «Письмо к съезду», которое часто рассматривается как его политическое завещание. В добавлении от 4 января 1923 года он дал Сталину резкую характеристику:
«Тов. Сталин, став генсеком, сосредоточил в своих руках огромную власть, и я не уверен, что он всегда сможет достаточно осторожно использовать эту власть… Сталин слишком груб, и этот недостаток… становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам подумать о способе перемещения Сталина с этого поста».
Этот документ был оглашен Н. К. Крупской уже после смерти Ленина, в мае 1924 года, на XIII съезде РКП(б). По некоторым данным, Сталин на съезде заявил о готовности уйти в отставку, но большинство высказалось за то, чтобы он остался на своем посту
Фото: russian7.ru
