Басмачи: представители каких национальностей были главными бандитами Средней Азии
После распада Советского Союза история была переосмыслена многими способами. То, что в советских учебниках и фильмах воспринималось как однозначное зло — например, басмачество — в новых независимых государствах стало рассматриваться как движение за национальную свободу. Кровавые бандиты на экранах превратились в партизан, сражающихся против навязывания чуждой идеологии. Но где же истина? Кто на самом деле были те люди, которых советская власть именовала «басмачами»?
Налётчик — значит бандит
Термин «басмач» не был создан в Советском Союзе. Как подчеркивают исследователи Леонид Бляхер и Илдус Ярулин, он происходит от узбекского слова «басма» (налет) с суффиксом «-чи», обозначающим профессию. «Басмач» — это просто «налётчик». Так в Средней Азии на протяжении веков называли конных грабителей, нападавших на караваны и мирные кишлаки. Это слово имело исключительно негативный, криминальный смысл задолго до прихода большевиков.
Однако в начале XX века ситуация изменилась. После Октябрьской революции и установления советской власти в Туркестане многие местные жители, в частности глубоко верующие мусульмане, восприняли новую власть как вторжение «неверных». Они начали объединяться в группы, называя себя моджахедами — участниками священной войны (джихада). Их идеология основывалась на исламе, а цель заключалась в сопротивлении антирелигиозному коммунистическому режиму.
Как моджахеды стали «бандитами»
Столкнувшись с таким идеологически мотивированным сопротивлением, советское командование оказалось в сложной ситуации. Сражаться с «угнетенным населением» или «верующими» было неуместно. Необходим был образ врага, лишенный всякой легитимности.
Черное море: почему оно считается самым плохим в мире
И здесь пришло на помощь старое, резкое слово «басмач». Как отмечают Бляхер и Ярулин, это слово стало «спасением для освободительной Красной Армии». Против них выступали не защитники веры, а обычные бандиты, грабители («басмачи»), находящиеся вне закона. В отношении них любое насилие становилось оправданным. Так произошло осознанное переосмысление, позволившее перевести сложный религиозно-политический конфликт в плоскость борьбы с криминалом.
Пёстрый состав
Национальный состав движения был весьма разнообразным, что отражало сложную этническую картину Туркестана. По данным русского генерала Константина фон Кауфмана, проведённым в конце XIX века, регион населялось множеством народов: узбеки, таджики, киргизы, туркмены, сарты, казахи, а также татары, евреи, дунгане и другие.
«Информация и статистические данные русского генерала о населении Туркестана можно считать достоверными, так как он был не только политически заинтересован в них, но и обладал полным административным ресурсом. Поэтому мы считаем полученные данные наиболее точными для конца XIX века», – писала Т. Омурзакова.
Так как власти Российской империи считали киргизов и казахов одним народом, именуя последних киргиз-кайсаками, то неудивительно, что к киргизам были причислены почти 50% всего населения Туркестана, на территории которого наряду со среднеазиатскими республиками находился и современный Казахстан. Однако, движение басмачей затронуло лишь южные регионы этой страны и не имело такого размаха, как в Узбекистане или Таджикистане.
Что касается Средней Азии в целом, то больше всего басмачей, наиболее упорно противостоявших новым порядкам, оказалось в тех местах, где самым многочисленным народом были сарты. В конце XIX века к этой национальности относилось около 800 тысяч человек, они составляли большинство населения Сырдарьинской и Ферганской областей, а также Зеравшанского округа. 26% всех жителей Туркестана были сартами.
Какие цифры у русских считаются проклятыми
Вторым по численности народом, представители которого входили в отряды басмачей, были уз
Фото: russian7.ru
