«Особые маневры»: как Япония готовилась к нападению на СССР в 1941 году
После падения Российской империи и окончания Гражданской войны военные круги Японии рассматривали советский Дальний Восток как естественную зону для расширения. Идея «северного похода» (Хокушин-рон) в Сибирь приобрела конкретные стратегические очертания к 1941 году, именно в тот момент, когда нацистская Германия атаковала СССР.
Первые амбиции
Учитывая, что молодое Советское государство выглядело слабым, японский Генштаб уже в середине 1920-х годов разрабатывал планы мобилизации для ведения войны. В 1931 году военный атташе Касара Юкио представил масштабную задачу: захват территорий вплоть до озера Байкал. Первые оперативные планы, такие как «Оцу», предусматривали атаки из Кореи и с моря для овладения Приморьем, Сахалином и Камчаткой.
Тем не менее, эти планы столкнулись с жестокой реальностью. Длительная война в Китае отвлекала основные силы и ресурсы Японии. Кроме того, пограничные конфликты у озера Хасан (1938) и сокрушительное поражение на реке Халхин-Гол (1939) продемонстрировали возросшую мощь и техническую оснащенность Красной Армии. Миф о ее слабости был разрушен.
«Исторический шанс»
Атака Германии на СССР 22 июня 1941 года была воспринята в Токио как уникальная возможность для новых территориальных приобретений. Активная разработка нового наступательного плана, получившего кодовое имя «Кантогун токусю энсю» («Особые маневры Квантунской армии»), началась уже в июле.
Основной удар планировалось наносить на восточном (уссурийском) направлении силами 1-го фронта (19 дивизий). Целью было окружение и уничтожение советских войск в Приморье, захват Владивостока и Хабаровска. Вспомогательные удары должны были осуществляться 4-й армией (3 дивизии) — на Благовещенск, а 6-й армией (4 дивизии) — через Большой Хинган в Монголию.
Таким образом, планировалось быстро перерезать Транссибирскую магистраль в районе станции Рухлово (ныне Сковородино), чтобы полностью изолировать Дальний Восток и предотвратить переброску подкреплений с запада. Операцию хотели завершить уже к середине октября 1941 года, синхронизируя с ожидаемым падением Москвы под ударами вермахта.
Легендарный разведчик Рихард Зорге, опираясь на свои источники, информировал Москву о подготовке нападения во второй половине августа после дополнительной мобилизации.
Почему план остался на бумаге
Несмотря на тщательную проработку и концентрацию сил (Квантунская армия была увеличена до 750 тысяч человек), Япония так и не решилась начать военные действия. Память о тяжелом поражении от советских войск под руководством Жукова была еще слишком свежа. Японское командование больше не страдало от недооценки противника.
Все лето 1941 года в Токио шла напряженная дискуссия между «партией сухопутной армии», стремившейся к реваншу на севере, и «партией флота», настаивавшей на экспансии в богатые ресурсами регионы Юго-Восточной Азии. В итоге выбор был сделан в пользу южного направления, что вылилось в атаку на Перл-Харбор в декабре 1941 года.
Тем более, что уже к августу-сентябрю 1941 года стало очевидно, что сопротивление Красной Армии на советско-германском фронте гораздо упорнее, чем ожидалось. Перспектива затяжной войны на два фронта — в Китае и против СССР — сильно пугала японское руководство.
Окончательный отказ от северных планов созрел после провала немецкого наступления на Москву (декабрь 1941), а поражение вермахта под Сталинградом в 1943 году окончательно похоронило эти идеи. Япония предпочла сосредоточиться на обороне и ведении войны на Тихом океане
Фото: russian7.ru
