
Первого декабря 1934 года в коридоре ленинградского Смольного раздался выстрел, изменивший ход истории СССР. С пулей бывшего работника обкома Леонида Николаева пал Сергей Киров — один из самых популярных партийных лидеров, считавшийся союзником Сталина. Это убийство стало триггером для масштабных репрессий, но его тайна до сих пор не разгадана. Было ли это месть одиночки, заговор оппозиции или хитрый план самого вождя?
Судьбоносная встреча в коридоре
Убийство, вопреки распространённым мифам, не являлось тщательно спланированной акцией. Николаев, уволенный и охваченный манией величия (в своём дневнике он сопоставлял себя с убийцей царя Желябовым), пришёл в Смольный за пропуском на вечернее собрание. Случайная встреча с Кировым в коридоре решила исход событий. Воспользовавшись тем, что охранник отстал (Киров не любил, когда за ним «дышали в затылок»), Николаев выстрелил в упор в затылок. Попытка заведомо застрелиться провалилась — в истерике он промахнулся.
Ответ Сталина: «ищите среди зиновьевцев»
Ответ Москвы был мгновенным и показательным. Уж через несколько часов Сталин, по воспоминаниям Микояна, собрал Политбюро и уверенно заявил: виноваты «зиновьевцы» — бывшие соратники Ленина Зиновьев и Каменев, главные внутрипартийные соперники. Когда глава НКВД Генрих Ягода предложил искать улик среди белогвардейцев, Сталин его резко прервал.
В Ленинград срочно отправилась «особая группа» под руководством заместителя Ягоды, Агранова. Контроль над расследованием Сталин доверил Николаю Ежову — будущему «железному наркому». Ему была дана ясная установка: «Ищите убийц среди зиновьевцев». Следствие стало двигаться в нужном направлении.
Сфабрикованное дело и «кировский поток»
Несмотря на первоначальные заявления Николаева о личных мотивах (обида на увольнение и слухи о связи Кирова с его супругой), следователи добились необходимых признаний. Под обещание сохранить жизнь Николаев «сознался» в связях с «троцкистами» и «зиновьевцами». 29 декабря его и 13 «соучастников» расстреляли. По легенде, перед казнью Николаев закричал: «Обманули!».
Это был лишь первый акт трагедии. Начался «кировский поток»: были арестованы и казнены десятки «сообщников», включая супругу Николаева. Из Ленинграда выселили почти 40 тысяч «социально чуждых элементов». Репрессии, набирая силу, через два с половиной года выльются в чудовищный Большой террор 1937-1938 годов.
Фактор личности
Помимо официальной, заговорщицкой, существует ещё как минимум три версии произошедшего. Наиболее убедительной из них остаётся та, согласно которой Киров был убит Николаевым по личным мотивам. Об этом последний, собственно, и заявил во время одного из первых допросов, когда уже в полной мере пришёл в себя после припадка.
Причин, как минимум, называется две. Во-первых, Николаев, ранее работавший в обкоме, якобы был обижен на своего бывшего начальника за увольнение. К тому же он искренне считал, что как член партии, сын ремесленника и человек лишь с половиной начального образования достоин высокой должности. Во-вторых, по Ленинграду ходили слухи, что между Кировым и женой Николаева была интимная связь. Оба знали друг друга по службе, Драуле не без помощи главы Ленинградского обкома в 1931 году получила для семьи отдельную трёхкомнатную квартиру. У главы обкома была соответствующая репутация «ходока». Однако на практике подтверждений служебного романа не нашли, а сама версия всячески игнорировалась как порочащая имя одного из партийных лидеров.
Почему Ленину после покушения долго не вызывали врача
Также Николаев признавался, что рассматривал убийство Кирова как «сигнал перед партией о несправедливом отношении к живому человеку» и «историческую миссию». Его маниакальные намерения много позднее, в 2009 году, подтвердил рассекреченный дневник преступника, где в одной из записей он сопоставлял себя с народовольцем Андреем Желябовым, убившим императора Александра II.
В целом современники считали версию убийства по причинам, не связанным с заговором, достаточно вероятной, а сам преступник на многих сразу произвёл впечатление одиночки-психопата. Председатель Совета народных комиссаров СССР Вячеслав Молотов запомнил Николаева как «замухрышистого вида <...> невысокого, тощенького… Я думаю, он чем-то был,
Фото: russian7.ru







