Главная тайна Василия Шукшина: что он делал полгода в 1946 году
В 1954 году во ВГИК, центре московской интеллигенции, появился необычный абитуриент. 25-летний молодой человек в кирзовых сапогах и изношенном кителе с фанерным чемоданом значительно выделялся среди вчерашних школьников. Это был Василий Шукшин — будущая икона советского кино и литературы, чья настоящая биография со временем приобрела множество спекуляций и вымышленных историй.
Казанская легенда: «писатель» среди уголовников
Наиболее экзотичной и стойкой стала версия о криминальном прошлом Шукшина. Согласно рассказу биографа В. Коробова, в 1946 году в Казани молодой радиолюбитель (будущий преподаватель Никитчанов) столкнулся на барахолке с бандой. Один из «братков», угловатый парень в лыжном костюме, представился как Василий Макарович Шукшин с Алтая. Он якобы заявил, что собирает материалы для книг об уголовниках, «выпросил» у собеседника три рубля для видимости и исчез со словами: «Не забудь! Может быть, еще услышишь».
Светлана Щелокова: тайна гибели жены министра МВД СССР
Эта история, похоже, будто бы вышла из его же «Калины красной», впоследствии была многократно пересказана различными исследователями. Биограф А. Варламов осторожно отмечал, что тяжелые скитания Шукшина по России после ухода из техникума могли привести его к опасной черте.
Почему это — миф?
Тем не менее, факты решительно опровергают казанскую легенду. Как выяснил филолог Д.В. Марьин, в 1946 году Шукшин еще пытался учиться в Бийском автотехникуме. В апреле 1947 года он покинул дом, а 5 мая уже официально работал слесарем в Подмосковье. Хронология не оставляет пространства для казанских «хождений по мукам». Вероятнее всего, легенда появилась уже после внушительного успеха «Калины красной», когда аудитория начала искать в биографии Шукшина отражение судеб его героев.
Другие мифы о Шукшине
Появление этого мифа исследователи творчества Шукшина, включая Варламова, Марьина и других, рассматривают как частично следствие того, что сам Василий Макарович не был чужд желания приукрасить свою историю. Впрочем, вокруг таких ярких личностей всегда возникает множество слухов и мифов.
К примеру, существует версия о том, что Шукшин, прибыв из удаленной алтайской деревни в Москву, якобы сам не знал, куда именно подал документы и поступил во ВГИК «случайно». На самом деле Шукшин прекрасно осознавал существование режиссерского факультета во ВГИКе. Еще в армии он занимал пост режиссера самодеятельного кружка, а перед отъездом из Сростков отправил в приемную комиссию письмо с просьбой сообщить, какие экзамены необходимы для абитуриентов.
Еще один миф, который активно поддерживал сам Шукшин: якобы на экзамене он сказал Ромму, что не читал «Войну и мир», книга слишком объемная, он не смог осилить, но его все равно приняли «за правду жизни». На самом деле Шукшин в детстве читал настолько много, что его мать серьезно опасалась, что Васька свихнется от чтения, бывали, мол, такие случаи! Вступительное сочинение по литературе он написал на «четыре», в то время как утонченный москвич Тарковский, например, лишь на «три».
Еще одна байка, которая часто упоминается в рассказах о нем: что Шукшин шокировал столичный бомонд, появляясь всегда в кирзовых сапогах и не очень прилично одетым. Это тоже неправда. Он действительно приехал поступать в сапогах, но вскоре стал одеваться вполне по-столичному.
Все эти мифы формируют образ Шукшина, самородка из удаленной алтайской деревни, который не утратил свою самобытность в условиях большого города. Однако Шукшин никогда не нуждался в таком нарочитом акцентировании своей «народности».
