Михаил Калашников: какую тайну всю жизнь скрывал известный конструктор
Михаил Калашников — символ надежности и преданности долгу. Депутат, член партии, дважды Герой Социалистического Труда. Его биография выглядела безупречно и гладко, как шомпол его автомата. Однако за этим идеальным обликом почти всю жизнь оставалась семейная тайна, которую прославленный конструктор опасался раскрыть даже спустя десятилетия. Только в 1997 году, в своих поздних мемуарах, он признался, что его путь начинался в ссылке как сына «врага народа», а паспорт ему был выдан по поддельной справке.
- «Мы ели порознь»: детство, закончившееся в 30-м
- Основные качества русского солдата, которых боялись враги
- Поддельная печать и цена свободы
- Страх, который не покидал
- Люди с ямочкой на подбородке: что с ними не так
- Можно ли проводить поминки на 9 и 40 дней в другое время
- Татуировка восхода на кисти: кто в СССР имел право себе её делать
«Мы ели порознь»: детство, закончившееся в 30-м
Родившись в 1919 году в алтайской Курье, Михаил с ранних лет испытал нужду. Семья, переехавшая на новые земли, жила в маленькой избе, где за столом кушали только взрослые, а дети — прямо на полу. Одежду шили из домотканины, трудиться приходилось с рассвета до заката. Но самый сильный удар пришелся на 1930-й год: отца, Тимофея Калашникова, раскулачили. Скот забивали на глазах у детей, имущество отобрали, а всю семью переселили в спецпоселение Нижняя Моховая в Томской области.
Основные качества русского солдата, которых боялись враги
«Их было много, тех, кто пришел раскулачивать нас, и поэтому скот не успевали выгонять со двора. Резали прямо там…» — с ужасом вспоминал Калашников. В ссылке он впервые взял в руки ружье — не для развлечения, а чтобы обеспечить себя едой. Вскоре скончался отец, а после второго брака матери подросток Михаил дважды сбегал, преодолевая сотни километров пешком обратно на Алтай.
Поддельная печать и цена свободы
Чтобы вырваться из оков «кулацкого сына», лишенного прав, ему понадобился паспорт. И юный Калашников решился на риск. Он подделал печать на справке из комендатуры, которая не выдавалась спецпереселенцам. С этой фальшивкой он получил заветный документ, который стирал позорное клеймо. Более того, как он сам позже рассказывал, наладил небольшой «бизнес», продавая подобные поддельные справки другим таким же, как он, по 25 рублей за штуку.
Страх, который не покидал
Эта тайна стала его постоянным спутником. Даже находясь на вершине славы, будучи избранным в Верховный Совет СССР и входя в кабинеты Кремля, он не мог избавиться от парализующего страха. «…Когда в первый раз избрали в Верховный Совет СССР и я шел в Кремль, я старался… не думать плохо о Сталине. Боялся, а вдруг засекут?!» — писал он в мемуарах «Траектория судьбы».
Он носил этот груз более 60 лет, скрывая правду от коллег, системы и, возможно, отчасти от самого себя. Его признания 1997 года — это не просто исповедь. Это рассказ о том, как человек, создавший один из главных символов советской государственности, всю жизнь внутренне страдал от травмы, нанесенной ему тем же государством в детстве. Это история о том, что даже самый прославленный и преданный герой эпохи мог чувствовать себя не героем, а всего лишь выжившим беглецом с поддельной справкой.
Люди с ямочкой на подбородке: что с ними не так
Можно ли проводить поминки на 9 и 40 дней в другое время
Татуировка восхода на кисти: кто в СССР имел право себе её делать
Фото: russian7.ru
